Баннер

Сейчас на сайте

Сейчас 389 гостей онлайн

Ваше мнение

Самая дорогая книга России?
 

Магницкий Л.Ф. Арифметика, сиречь наука числительная.

С разных диалектов на славенский язык переведенная, и во едино собрана и на две книги разделена. Ныне же повелением благочестивейшего Великого Государя нашего царя и Великого Князя Петра Алексеевича всея Великия и Малые и Белые России самодержца. При благороднейшем Великом Государе нашем царевиче и великом князе Алексии Петровиче, в богоспасаемом царствующем великом граде Москве типографским тиснением ради обучения мудролюбивых российских отроков, и всякого чина и возраста людей на свет произведена первое, в лето от сотворения мира 7211, от рождества же по плоти Бога слова 1703, индикта 11 месяца ианнуария. Сочинися сия книга чрез труды Леонтия Магницкого. [Москва, Печатный двор, 1703], 326 л.л., включая заглавный лист. 3 л.л. гравюр на меди на отдельных листах. Кроме того в книге еще приложены 5 л.л. с таблицами (между 29 и 30 листами, между 224 и 225 листами, а также между 282 и 283 листами). Печать двухцветная: все страницы - в рамках из наборных украшений. Фронтиспис с изображением Аристотеля и Пифагора и две остальные гравюры на меди выполнены Михаилом Карновским. Начальная, гравированная на дереве  аллегорическая заставка изображает Арифметику в виде женщины, сидящей на престоле в храме наук. Книга снабжена многочисленными чертежами и таблицами. Крупнейшее по значимости произведение учебной литературы начала XVIII века!

Первая печатная арифметика в России! Издана на славянском языке. По содержанию она представляла собой своеобразную энциклопедию точных наук: арифметику, алгебру, геометрию, тригонометрию, астрономию, геодезию и навигацию. Редкость с фронтисписом (часто отсутствует). Экземпляр на очень толстой бумаге и очень чистый. В красном ц/к переплете того времени на деревянных досках, с 10 серебряными накладками (без пробы!) и со сломанными серебряными застежками. Формат: 35 х 22 см. На переднем форзаце экслибрис графа L. (Людвиг) von der Pallen с девизом «Constantia et zelo» (Постоянство и ревность). Арифметика Леонтия Филипповича Магницкого, выдающегося русского педагога, преподавателя учрежденной Петром I школы навигацких и математических наук, была напечатана «ради обучения мудролюбивых российских отроков и всякого чина и возраста людей». Тираж 2400 экз., но так как по ней учились более 100 лет попадается в приличном виде крайне редко. В предисловии Магницкий славит Петра, ко­торый «обрел кораблям свободный бег» и создал грозный рус­ский флот «врагам нашим вельми губно». Магницкий говорит, что он внес в свой труд «из морских книг, что возмог», и что всякий, кто «хотяй быти морской пловец, навигатор или гре­бец», найдет в ней для себя пользу. Привлекая в свою книгу разнообразный материал, Магницкий пользовался сложившейся издавна на Руси терминологией, задачами из старинных руко­писных сборников, использовал народный технический опыт в области землемерия и практической геометрии. Магницкий заботился о том, чтобы его книга была понятна без наставника, лишь бы читатель был настойчив и прилежен:

И мню аз яко то имать быть, что сам себе всяк может учить.

Зане разум весь собрал и чин природно русский, а не немчин.

Магницкий стремился сделать свою книгу как можно до­ступнее и занимательнее. Он внес в нее много затейливых и замысловатых задач, развивающих смекалку и математическое мышление. Среди них была и такая задача:

«Некий человек продаде коня за 156 рублев, раскаявся же купец, нача отдавати продавцу, глаголя: яко несть мне лепо взята с сицевого (такового) коня недостойного таковыя высокия цены. Продавец же предложи ему ину куплю, глаголя: аще ти мнится велика цена сему коню быти, убо купи токмо гвоздие, их же сей конь имать в подковах своих ног, коня же возьми за тою куплею в дар себе. А гвоздей во всяком подкове по шести и за един гвоздь даждь ми едину полушку, за другий же две полушки, а за третий копейку, и тако все гвозди купи. Купец же, видя столь малу цену и коня хотя в дар себе взяти, обещася тако цену ему платити, чая не больше 10 рублев за гвоздие дати. И ведательно есть: коликим купец он проторговался?» И ответ: «придет 41787033/4 копейки».

Книга Магницкого отличалась свежестью и последователь­ностью изложения. Каждое новое правило начиналось у Маг­ницкого с простого, чаще всего житейского примера, затем уже давалась его общая формулировка, после чего следовало много разнообразных задач, почти всегда имеющих то или другое практическое применение. Кроме того, к каждому действию прилагалось правило проверки — «поверение». Изложив дей­ствия с целыми числами, Магницкий, прежде чем перейти к дробям, или, как он называл их, «ломаным числам», поме­щает большую главу, содержащую разные исторические све­дения о мерах и денежных единицах в древности и в новое время у разных народов, а также различные сведения, полез­ные в торговом деле и технике. Арифметика Магницкого отра­зила прогрессивные начала петровского времени. Магницкому удалось превратить свою книгу в своеобразную энциклопедию математических знаний, крайне необходимых для удовлетворе­ния практических потребностей стремительно развивающегося русского государства. В главе «О прикладах, потребных к гражданству» Маг­ницкий сообщает практические сведения по механике и строи­тельному искусству и закладывает основы технической гра­моты. Здесь можно было найти способы определения высоты стен, глубины колодцев, расхода свинца, чтобы «пульки лить», задачу рассчитать «в каковых либо часах или во иных махи­нах» зубчатые колеса, так чтобы числу оборотов одного соот­ветствовало число оборотов другого, и т. д. Особенное внимание Магницкий уделял морскому делу, по­местив в своей книге целый ряд специальных статей, где при­водит правила, как определить положение меридиана, ши­роты места, или, как он говорит, «возвышения поля» (полюса), точек восхода и захода солнца, вычисления наибольшей вы­соты прилива и т. п. Ценность книги увеличивалась приложен­ными к ней таблицами, необходимыми для различных вычисле­ний, связанных с навигацией. Леонтию Магницкому удалось создать оригинальную книгу, на которой воспитывались целые поколения математически образованных русских людей, техников, мореплавателей и ученых. В то же время «Арифметика» Магницкого не была сво­дом прикладных знаний или простым справочником для прак­тических нужд. Она прежде всего явилась широким, обще­образовательным математическим курсом, сочетавшим глубо­кую теоретическую подготовку с постоянной оглядкой на практику. В своей книге Магницкий указывал, что матема­тика занимается не только исследованием «наручных нам вещей», т. е. доступных опыту, но и таких, которые не «токмо уму нашему подлежат», но служат надежным путем для «приятия множайших наук». "Арифметика" Магницкого давала русскому человеку такие знания, которые не вытекали из непосредствен­ного опыта. Она знакомила его с математическим обобще­нием, пробуждала в нем стремление к постижению закономерно­стей природы посредством математики, указывала на меру, чис­ло и вес, как основу познания вещей. По этой книге учился сам М.В. Ломоносов, называвший ее так же как "Грамматику" Мелетия Смотрицкого "вратами учености".

Библиографическое описание:

1. Остроглазов И.М. «Книжные редкости». Москва, «Русский Архив», 1891-92, № 9.

2. Бурцев А.Е. «Обстоятельное библиографическое описание редких и замечательных книг». Том I, СПБ., 1901, № 64.

3. Н.Б. «Русские книжные редкости». Опыт библиографического описания. Части I-II. Москва, 1902-03, № 327.

4. Книжные сокровища ГБЛ. Выпуск 1. Книги кирилловской печати XV-XVIII веков. Каталог, Москва. 1979, № 50.

5. Из сокровищ РГБ. Книжная культура России XVI - начала XX века.Москва, 1998. № 18.

Магницкий, Леонтий Филиппович (1669—1739). Учился в московской Славяно-греко-латинской академии в первое время ее существования. Изучив там языки латинский и греческий, а вне академии также немецкий, голландский и итальянский, Магницкий получил возможность самостоятельно изучить не преподававшиеся в академии математические науки и притом в объеме, далеко превосходящем уровень сведений, сообщаемых в русских арифметических, землемерных и астрономических рукописях XVII стол. Вскоре после состоявшегося в 1701 г. открытия в Москве школы "математических и навигацких, то есть мореходных хитростно наук учения", помещавшейся в здании Сухаревой башни, был назначен в нее преподавателем арифметики и, по всей вероятности, геометрии и тригонометрии. Должность преподавателя в этой школе занимал до конца жизни. М. составил учебную энциклопедию по математике  "Арифметика, сиречь наука числительная и т. д." (1703), содержащую пространное изложение арифметики, важнейшие для практических приложений статьи элементарной алгебры, приложения арифметики и алгебры к геометрии, практическую геометрию, понятия о вычислении тригонометрических таблиц и о тригонометрических вычислениях вообще и необходимейшие начальные сведения из астрономии, геодезии и навигации. Как составленная в самом начале XVIII века по источникам, в число которых, кроме иностранных книг, входили и книги "старопреводные славенския", т. е. русские арифметические рукописи XVII ст., она является звеном, непосредственно связывающим русскую физико-математическую литературу XVII ст. с усвоенным ею в XVIII ст. новым направлением. Как учебник, она замечательна продолжительным, обнимающим более полувека употреблением в школах. После введения в Россию вместе с учреждением при Академии наук гимназии и университета немецких учебников ее употребление во всех других учебных заведениях и особенно в находящихся в прямой или косвенной связи со старой школой математических и навигацких наук продолжалось до половины 50-х годов XVIII века Магницкий оказал также услугу развитию русской физико-математической литературы еще участием в предпринятых преподавателями математико-навигацкой школы переводах и издании на русском языке логарифмическо-тригонометрических таблиц А. Влакка и таблиц по мореходной астрономии. Последние вышли в свет под заглавием "Таблицы горизонтальные северной и южной широты. Восхождения солнца, со изъявлением: чрез которые зело удобно, кроме трудного арифметического исчисления неправильное или непорядочное указание компасов, юже во всех местах света обретаются, чрез них же легко и зело удобно найти и скоро возможно зело полезные тем, которые в Восточную и Западную Индию морешествуют. Преведены с голландского языка, на славяно-российский диалект из книги Шац Камер, печатанной в Амстердаме, 1697 и пр. Тщанием учителей Андрея Фарварсона да Леонтия Магницкого, лета от воплощения Христова 1722 года. От библиотекаря Василия Киприянова". В интересах полноты изображения литературной деятельности Магницкого следует еще упомянуть о его "Записке" по делу о ереси лекаря Тверитинова. В этом деле он принимал очень видное участие, так как взял на себя неблагодарную роль одного из главнейших обвинителей подсудимого. Эта "Записка" издана в 1883 г. Обществом любителей древней письменности (см. LXXX). Правительство Петра Великого недостаточно ценило заслуги Магницкого и ставило его как преподавателя ниже его товарищей-англичан: Фарварсона и Гвина. Он получал значительно меньшее жалованье, и когда оба упомянутые его товарища были переведены в Санкт-Петербург,  в открывшуюся там в 1715 году морскую акдемию, он должен был остаться в Москве в прежней должности преподавателя математико-навигацкой школы, занявшей в отношении вновь открытой академии второстепенное положение. Как всегда, Россия весьма "щедро" отблагодарила одного из лучших своих сынов ...

Каменева Т.Н.

К ИСТОРИИ ИЗДАНИЯ «АРИФМЕТИКИ» МАГНИЦКОГО


Всем интересующимся историей книги хорошо известно имя Леонтия Филипповича Магницкого, составившего первый русский учебник математики. Многие со школьной скамьи помнят, что при помощи этого учебника получил основы математических знаний великий Ломоносов. Однако значительно меньше известны подробности жизни и деятельности Л.Ф. Магницкого, мало что известно и о тех пособиях, которыми он пользовался при составлении своей «Арифметики». Несмотря на то, что книга Магницкого была объектом исследования многих ученых, как математиков, так и книговедов, еще недостаточно полно изучены источники, служившие подготовительным материалом при работе над ней. Годы жизни Магницкого (1669—1739) совпадают с одним из наиболее интересных периодов нашей истории. Леонтий Магницкий родился при царе Алексее Михайловиче, т. е. в то время, когда многие русские люди уже стремились приобщиться к культуре Запада. Сын Алексея Михайловича, Петр I, стал преобразователем политической, экономической, социальной и культурной жизни России. Одной из особых забот Петра I было просвещение русского народа. В его царствование «важную роль сыграли перемены в системе образования, создание сети чисто светских школ, где преподавалась и математика, а также издание учебной литературы. Впервые в широких масштабах началась подготовка технических и научных специалистов высокой квалификации». В частности, в Москве по указу Петра I от 14 января 1701 г. была создана школа нового типа, под названием школы «математических и навигацких наук». Она помещалась в так называемой Сухаревой башне. Это было одно из оригинальных и красивых зданий Москвы, построенное по повелению Петра I в честь стрелецкого полковника Сухарева, одного из стрелецких начальников, не присягнувшего царевне Софье и оставшегося верным Петру. Башня, имевшая три этажа в основании и четыре в самой башне, широкую лестницу, дожила до 1934 г. и надолго определила название окружающей местности — Сухаревка (ныне Колхозная площадь). 22 февраля 1701 г. в школе «математических и навигацких наук» начались занятия. Учеников— детей и взрослых — насчитывалось до двухсот человек. Учителями были приглашены англичане: профессор математики Андрей (Генри) Фатхварсон, Стефан (Стивен) Гвин и Ричард Грейс — преподаватели навигации. «Гвин и Грейс прибыли в Россию из Англии вместе с Фархварсоном, оба были, насколько известно, воспитанниками Оксфордского университета. Возможно, что это были Sackvile Gwynne, поступивший в университет в 1689 г. в 15 лет, и Robert Gray, поступивший в 1679 г., будучи 16 лет (письменное сообщение д-ра Симпсона (W. D. Simpson), через посредство д-ра Уайтмана (W. P. D. Wightman); оба—сотрудники университета в Абердине (Шотландия)». Гвин умер в 1720 г., Грейс — в 1709 г.3. «Андрей Данилович Фархварсон (Henry или Harry Forquhar-son, ок. 1675 — 9 дек. 1739), уроженец Милна близ Абердина, обучался в 1691 —1695 гг. в Маршалл-Колледже Абердинского университета и затем преподавал там математику. Во время своего пребывания в 1698 г. в Англии Петр I познакомился каким-то образом с Фархзарсоном и пригласил его с собой в Россию. Здесь шотландский математик помогал царю в организации Навигацкой школы, где читал некоторые разделы математики, астрономию и мореходное дело. В 1716 г. его перевели профессором в Петербургскую морскую академию». Из русских преподавать математику был назначен Леонтий Филиппович Магницкий, для чего ему предписывалось составить учебник математики и навигации на русском (славянском) языке. Эти учителя (Магницкий, Фархварсон и Гвин) перевели с латинского и подготовили русское издание книги «Таблицы логарифмов и синусов, тангенсов, секансов», напечатанной первый раз кириллицей и вышедшей в Москве в мае 1703 г., а вторично — гражданским шрифтом — в 1716 г. «Эти таблицы воспроизводят известные таблицы А. Флакка, вышедшие в 1628 г. (A. Vlacq. Tabulae sinum, tangentium of secantium...)». Vlaque Adrian (1600—-1666), голландец, поэтому правильнее называть его Влакк. Издание 1628 г. не упомянуто ни в одном из известных библиографических справочников. Таблицы Влакка издавались много раз, начиная с издания 1651 г. вплоть до XIX в., на латинском, голландском, немецком и французском языках. Т.А. Быкова сверила русское издание с амстердамским 1681 г. Нет точных данных о том, где, при каких обстоятельствах узнал и оценил Петр I Леонтия Филипповича. Имеются сведения, что он был родным племянником архимандрита Нектария, устроителя Ниловой пустыни близ Осташкова Тверской губернии. Архимандрит Нектарий (в миру Николай Теляшин, 1587—1667), по сведениям П. М. Строева, был назначен архиепископом Сибирским, но вскоре возвращен в Нилову Столбенскую пустынь, где прожил до своей кончины; он, несомненно, был хорошо известен царям Михаилу Федоровичу и Алексею Михайловичу. Не мудрено, что сын крестьянина Осташковской слободы, близкий родственник архимандрита, стал известен Петру. Где получил Леонтий Теляшин свои знания, особенно математические,— неизвестно. Ими он настолько привлек к себе Петра, что тот назвал его «магнитом» и дал ему прозвище-фамилию Магницкий, с назначением на должность учителя в московскую, вновь организованную школу «математических и навигацких наук», где он и прослужил много лет, вплоть до своей смерти. В указанной статье И.К. Андронова (Андронов И.К. Первый учитель математики российского юношества Леонтий Филиппович Магницкий.— Математика в школе, 1969, № 6, с. 75—78), откуда мы почерпнули эти сведения, имеются очень интересные данные о месте захоронения и нахождения останков Л.Ф. Магницкого. Магницкий был похоронен в церкви Гребневской Богоматери, что находилась на углу Лубянского проезда (проезд Серова) и Мясницкой улицы (ул. Кирова). В 1932 г. при постройке метро эта церковь была снесена. Под ней сначала была обнаружена плита с пространной эпитафией, а затем и гробница Л. Ф. Магницкого. В кирпичной кладке находилась дубовая колода, а в ней — скелет Магницкого. Сохранились на ногах сапоги, под головой — чернильница в форме лампадки и гусиное перо. Рядом была обнаружена гробница жены Магницкого — Марии Гавриловны. Ее имя и обстоятельства смерти (от радости при встрече с сыном, которого она считала умершим) известны из надгробной надписи. Автор статьи приводит целиком эпитафию Магницкому, составленную его сыном Иваном. Так стали известны точные даты рождения и смерти Магницкого — 9 июня 1669 г. и 19/20 октября 1739 г.— «по полуночи в первом часу». Отсюда же узнаем, что «наукам научился дивным и неудобовероятным способом», Петру Первому «...для остроумия в науках учинился знаем с 1700 году», и от него же «именован прозвищем Магницкий и учинен российскому благородному юношеству учителем математики». Скончался, «оставив пример добродетельной жизни, ...по шестидневной болезни». Из публикации И. К. Андронова ясно, что он сам видел захоронение, надгробный камень и списал эпитафию, установив, таким образом, неизвестные прежде даты и факты из жизни Магницкого. К сожалению, архив И. К. Андронова еще не разобран и не поступил в распоряжение исследователей. Нами были предприняты поиски надгробий Магницких, приведшие к запасникам филиала Государственного Исторического музея (храм Василия Блаженного), где оказались в сохранности надгробная плита Леонтия Магницкого и часть (примерно одна треть) надгробия его жены с упоминаемой эпитафией. По сведениям, полученным от сотрудников ГИМа, эти надгробия поступили к ним в 1932 г. Останки захоронения ими не были получены (очевидно захоронение было разрушено). Ничего не известно о том, где обучался наукам Л. Ф. Магницкий. По словам его сына— «неудобовероятным» способом. Создание такого учебника, как прославившая его «Арифметика», требовало глубоких математических и других знаний; кроме того, он должен был хорошо владеть латынью и некоторыми западными языками. В помощь Леонтию Магницкому был привлечен Василий Киприанов (отец). Сохранилась интересная «выпись» Оружейной палаты:

«Февраля в 1 день (1701 г.)- взят в ведомость Оружейной палаты осташковец Леонтий Магницкий, которому велено ради народныя пользы издать через труд свой словенским диалектом книгу арифметику. А желает он имети при себе впомошествованпи кадашевца Василия Киприанова ради скораго во издании книги совершения. О котором признал он, что имеет в тех науках знание отчасти и охоту. По которому его доношению, его великого государя, повелением он, Василий, тогож февраля в 16 день во Оружейную взят и через учителей школ математических о искусстве в вышеозначенных науках свидетельствован. А по свидетельству его, великого государя, повелением записан во Оружейной палате его, великого государя указом, и велено ему к скорому во издании тоя книги совершению чинить в чем может Магницкому помощствование, в чем он и трудился по самое тоя книги совершение».

Как видим, с изданием столь необходимого для новой школы учебника спешили: он вышел в свет в кратчайший для такого труда срок (11 месяцев) тиражом 2400 экз. «В награду за ее составление автор получил кормовые деньги со 2 февраля 1701 г. по 1 января 1702 г. в размере 5 алтын на день, а всего 49 рублей, 31 алт., 4 деньги, в чем и выдал расписку, которая сохранилась в делах Морского архива». Василий Киприанов помогал Магницкому и в подготовке издания «Таблицы логарифмов». Прошение Киприанова об оплате этого труда от 8 февраля 1704 г. подписано «вашего величества нижайший раб математических наук Василий Киприанов». Звание библиотекаря было получено им лишь в 1705 г. Он был библиотекарем при гражданской типографии, состоявшей в ведомстве артиллерии. Находилась в Москве, «в Китае городе у Спасского моста». Что же представляет собой «Арифметика» Магницкого? Об этой книге написано очень много. Исследователи характеризуют содержание по-разному, но всегда — положительно. Так, в предисловии к библиографическому описанию Т.А. Быковой и М.М. Гуревича П.Н. Берков называет «Арифметику» «одним из важнейших явлений книгопечатной деятельности» Петровского времени. Там же он говорит, что «это издание представляет первый и, как указывают специалисты-математики, удачный опыт русской математической науки». Так, А.П. Юшкевич считает, что «„Арифметика" явилась связующим звеном между традициями московской рукописной литературы и влияниями новой, западноевропейской», что около 50 лет она не имела конкурентов и «сыграла в истории русского математического образования чрезвычайную роль». В наши дни ее назвали книгой «энциклопедического характера по различным отраслям математики и естествознания (геодезии, навигации, астрономии)». Исследователи до сих пор не имеют общего мнения о том, по каким руководствам составил свою «Арифметику» Магницкий. А.П. Юшкевич в названном труде приводит целый ряд иностранных пособий, которые мог использовать для своей книги Магницкий. Он считает, что Магницкий тщательно отобрал и существенно обработал рукописный и печатный материал более раннего времени, составив новый оригинальный труд с учетом знаний и запросов русского читателя. Интересно отметить вслед за А.П. Юшкевичем, что впервые Магницкий ввел термины «множитель», «делитель», «произведение», «извлечение корня», а также заменил устаревшие слова «тьма, легион» словами «миллион, биллион,триллион, квадриллион». Обратимся к внешнему виду и составу книги. Во избежание ошибок, до сих пор встречающихся, особенно в популярной литературе, скажем, что эта книга форматом во вторую долю листа, как принято говорить — «в лист». Размер рамки титульного листа, по определению Т.А. Быковой,— 235x130 мм. Напечатана не «с деревянных резаных досок», а подвижными литерами, как печатались до того времени все книги на Руси начиная с Ивана Федорова. Шрифты — кириллица трех размеров (10 строк = 83, 73 и60 мм). Цифры в тексте славянские, в примерах, задачах, таблицах — арабские. Печать в две краски — черной и красной, страницы в рамках из наборных украшений. В тексте — заставки, концовки, гравюры. На титульном листе киноварью стоит: «Арифметика, сиречь наука числителная с разных диалектов на славенский язык преведеная и во едино собрана и на две книги разделена <...> Ныне же повелением... Государя нашего царя и великого Князя Петра Алексеевича... в... великом граде Москве типографским тиснением ради обучения мудролюбивых российских отроков и всякого чина и возраста людей на свет произведена, первое от лета сотворения мира 7211, от рождества же по плоти Бога слова 7103 индикта 11 месяца ианнуария». Внизу в рамке мелким шрифтом добавлено: «Сочинися сия книга чрез труды Леонтия Магницкого». На обороте титульного листа концовка с надписью: «Яко цвет сельный...» (по альбому А.С. Зерновой № 64715) помещена как заставка. Под ней силлабические стихи «К читателю юному» о необходимости учения арифметике как необходимой во многих областях жизни. Перед титульным листом помещен фронтиспис, гравированный на меди известным украинским мастером Михаилом Карновским, перешедшим работать в Москву. Его же работы на двух вклейках (после л. 224 и 282) —гравюры на меди: сфера мира, под изображением награвировано шестистишие и «роза ветров» — обе прекрасно выполненные.

"Роза ветров".

Гравюра на меди М. Карновского

из "Арифметики" Магницкого.

"Сфера мира".

Гравюра на меди М. Карновского

из "Арифметики" Магницкого.

По наблюдениям А.А. Гусевой, начиная с издания «Арифметики», гравюра на меди появляется постоянно в московских изданиях XVIII в. Фронтиспис — довольно сложная композиция, изображающая русский герб, внизу — изображение Пифагора и Архимеда. Пифагор с непокрытой головой в одежде, подбитой мехом. В руках у него доска, весы, ниже — циркуль, линейка, перо, чернильница. Справа изображен Архимед, в тюрбане, в одежде с меховым воротником. В руках у него сфера, таблица математических формул; ниже — глобус, макет корабля. Возле Пифагора — ларец и мешок с деньгами, две формы и два тюка с товарами, завязанный мешок,— короче, атрибуты торговли и предметы, необходимые при обучении математике. Над ними в картуше четверостишие: «Арифметика Политика сих и другая Логистика. И многих иных издателей в разна времена списателей». Надо полагать, что приложенное к «Арифметике» слово «политика» здесь дано в смысле управления законами математики. По установившейся еще на Украине традиции за гербом следуют «стихи на предлежащий герб». Они начинаются акростихом: «На честнии крест на государев герб до лица его царского пресветлаго величества царя и самодержца Петра Алексиевича всея Росии». Стихи эти — посвящение, которое далее может быть, по существу, названо оригинальным стихотворным предисловием, в котором автор излагает цель издания, содержание книги и источники его труда. И это особенно важно. Приведем отдельные его высказывания: «Арифметику написахом Люботрудно в ней потщавше из многих разных книг собравше. Из грецких убо и латинских немецких же и италийских Чин и порядок избирахом и вся странства их изыскахом. Елико же в них изобретохом в достойных местех приплетохом. Сличием добрым и изрядным, еще мнится нам быти приятным. Тем сличие то объявлено в две книги просто разделено. В первой общая вся гражданства, коего либо государства. Арифметика обычайная, в купецких делах случайная. Цену товаров обретати и достойною исчисляти. А не точию тому чину, но и всем людем требна выну [всегда]». Затем автор описывает содержание каждой части своей книги.

«И сколько могох вся изисках и добрым чином зде написах»,— говорит Магницкий. «А паче что зде пригодилось от различных книг и учений и от наук небесных течений. Так же и из геометрики к сей науке арифметики. Хошу приложить достойных штук яже угодны от тех наук. И хотяй быти морский пловец, навигатор ли или гребец Да зрит си пользу зде от части от них же восхотех прикласти. Ныне бо и всяк лучший воин ону науку знать достоин. И узрев яко в том есть плод мног внесох из морских книг что возмог... И мню аз яко то имать быть что сам себе всяк может учить. Зане разум весь собрал и чин пригодно русский, а не немчин. Склонность бо в речах знал есть твердо и объяснил весь толк усердно. Тем же молим о самодержче к чести богу ревный раделче. Да бы сей труд в честь богу приял и в пользу людям в мир излиял».

Подробное оглавление «вещей яже обретаются в книге сей» находится на листах 6 об. Первая часть в нем названа «Арифметика практика или деятельная». «Арифметика» состоит из двух книг. Первая делится на пять частей, включающих четыре действия арифметики, дроби, тройное правило и его применение, «о правилах фальшивых», в пятой части—корни квадратные и кубические, извлечение корней. Книга вторая имеет три части, в которых изложены основы алгебры, геометрии, тригонометрии. В третьей части второй книги «о земном обще размерении и яже к мореплаванию приналежат» даны основы навигации, космографии, географии. Каждая часть имеет «пределении», т. е. подзаголовки. Отдельные части разделены силлабическими четверостишиями и шестистишиями (например, л. 2, 3, 4, 7, 8 об., 11, 23, 30 об., 31 об., 34об., 41, 43об., 48 об., 63 об., 68 об., 70, 71). Заканчивая большой раздел или часть, автор дает стихотворное обращение к читателю на всю страницу, с заставкой, в самостоятельной рамке из наборных украшений (например, л. 41 об., 59, 147 об., 178). Обращает на себя внимание применение греческого и латинского шрифтов. Так, на л. 2 «Часть первая, о числех целых» имеет пять «пределений»: счисление, сложение, вычитание, умножение, деление. Эти слова даны столбиком на греческом, латинском и славянском языках. То же мы видим на л. 42 об. Интересно отметить в оглавлении следующие разделы: «о величестве дне различных мест и о разделении всего земноводного глобуса в климаты» (л. 278) и «о изобретении времене наводнения морского некиим поморских мест» (т. е. как определить время наводнения, л. 280). В книге есть и обычное предисловие прозой:

«Трудолюбивому и мудролюбивому читателю» (л. 11—18). В нем снова говорится о цели этого издания как учебного пособия для вновь открытой школы, излагается содержание книги, имеется философское рассуждение о человеке как высшей «твари» — «созда бог человека взем персть от земли, и вдуну в него духа жизни».


Весь учебник, составленный по схеме, изложенной в оглавлении, далеко ушел от своего названия «Арифметика». Все правила подкрепляются примерами на каждое действие; обращает на себя внимание большое количество задач, их условия взяты из жизни, быта, современного Магницкому. Много задач и примеров из торговой и военной жизни, строительства и т. д. На отдельных вкладных листах имеются таблицы, иногда большего формата, чем книга. На одной из них в первой части даны названия и сравнение древних весов и монет; в начале книги приводятся таблицы цифр славянских, арабских и римских. Оформление «Арифметики» довольно скромно, но оригинально. Рамки составлены из наборных украшений, заставки же и концовки резаны на дереве: пятьдесят три отпечатка заставок с семнадцати досок, концовок — двенадцать отпечатков с четырех досок. Одна из досок концовок, по альбому А. С. Зерновой 1963 г. под № 653 (л. 128, 147), интересна как подражание концовке XVII в. из издания эльзевиров. Этот ее прототип воспроизведен под № 60 в «Приложении к каталогу эльзевиров» (Eduard Ranir. Catalogue d’une collection unique. Paris, 1896). В изданиях эльзевиров посредине концовки изображен медведь, в русских изданиях — скорее волк. В книге много чертежей, рисунков, поясняющих текст. Задачи иллюстрируются изображением предметов, о которых идет речь в условии задачи. Это— шахматная доска, город, башни, крепость, шатры, деревья, бочки, ядра, мешки, построение войска и т. п. (л. 185 об., 189 об,—204 и др.). Все эти детали гравированы на дереве и введены в текст «в оборку». Обращает на себя внимание заставка, помещенная перед началом текста (на первой странице второго счета). На ней дано аллегорическое изображение Арифметики в виде женщины в короне, сидящей на троне, под сенью, укрепленной на восьми «столпах». В правой руке она держит ключ, левой — опирается на треугольник с цифрами. Трон стоит на возвышении, к нему ведут пять ступеней, на которых следующие слова (снизу): счисление, сложение, вычитание, умножение, деление. Вокруг трона на колоннах («столпах») с левой стороны от читателя: геометрия, стереометрия, астрономия, оптика; с правой — меркатория, география, фортификация, архитектура. В основании «столпов» слева: «арифметика что деет»; справа: «на столпах то все имеет». Вверху на фронтоне в лучах — «ягве» — имя божие на иврите, ниже — изречение: «тщанием и учением». Завершается гравюра лиственным орнаментом. В библиографическом описании Т.А. Быковой и М.М. Гуревича мы находим ценное указание на то, что в Библиотеке Академии наук в Ленинграде имеется рукопись «Арифметики» Магницкого, «которая, очевидно, послужила образцом для „Арифметики", изданной в 1703 г.»20. Там находятся рисунки всех больших гравюр на меди Михаила Карновского и мелких, воспроизведенных в тексте. «В рукописи отсутствует рисунок аллегорической фигуры „Арифметики». Видимо, с этой рукописи были сделаны клише печатного издания, кроме заставки № 203. Интересно отметить, что несколько лет назад сотрудница Отдела редких книг Государственной библиотеки СССР им. В.И. Ленина К.Л. Биленькая обратила внимание на гравюру на меди, находящуюся в книге малого формата на немецком языке. Эта гравюра, несомненно, послужила образцом для вышеописанной гравюры, изображающей аллегорическую фигуру Арифметики в книге Л.Ф. Магницкого. Таким образом, был установлен не только прототип гравюры, но и одно из изданий, которым, без сомнения, пользовался Магницкий при составлении своей «Арифметики». Это подтверждается и текстом книги. Однако русский автор подвергал использованную литературу тщательному отбору и обработке. При ближайшем знакомстве с немецким изданием заметно, что Магницкий заимствовал также расположение текста. Что же это за книга, бывшая одним из источников, послуживших Магницкому? Вот ее автор и заглавие: Bockler Georg Andreas. Arithmetica nova militaris. Ntirnberg, 1661. Книга, соответственно названию, предназначена для обучения военных. В начале имеется посвящение ландграфу Гессенскому Людвигу, его супруге и семье, подписано автором: «Верноподданный Бёклер, архитектор и инженер»— декабрем 1660 г. во Франкфурте-на-Майне. Далее следует предисловие к «искушенному в искусстве математики читателю». Говорится о том, что именно немецкий язык может передать богатство сведений («информации») в наиболее краткой форме. Эта книга форматом в восьмую долю листа, объемом 693 страницы. В начале даны четыре правила арифметики, извлечение корней, основы геометрии и т. д., с большим количеством чертежей и рисунков. Соответственно заглавию в книге много задач, поясняющих правила и примеры, взятые из жизни военных, строительства крепостей, количества разных родов войск и т. п. Их сопровождают «фигуры», выполненные гравюрой на меди; в начале книги имеется их подробный перечень. Мы не задавались целью сверить всю книгу на немецком языке, напечатанную готическим шрифтом и антиквой, с русской. Антиква употреблена для передачи терминов и целых фраз на латинском языке. Ясно одно: Магницкий, сознательно сохранив основной принцип построения книги Бёклера, приспособил примеры и задачи к жизни своей страны. Одинаково в обеих книгах дается сначала правило, затем — его словесное пояснение, примеры и задачи. Примеры даны с проверкой. Все, что касается навигации, конечно, впервые привлечено Магницким. Но порядок следования объяснения целых чисел, дробей, извлечения корней, тройное правило — в книгах одинаков. Более подробно знакомство с немецким изданием и сравнение содержания с «Арифметикой» Магницкого мы предоставляем математикам. Основное общее стремление обоих авторов — применение на практике изложенных в книге правил в соответствии с направлением читателя, ученика. Отсюда и большое количество предложенных авторами задач. Интересно отметить также, что Магницкий дает задачи на темы из военной жизни (л. 191—195). Изображение построения войска у него близко к рисункам немецкого учебника (например, на л. 191 «Арифметики» сравнительно с рис. 3 на л. 39 у Бёклера). Что же касается рисунков во всю страницу в немецком издании, то они совсем иной тематики, чем гравюры Карновского. Гравюра-заставка в «Арифметике» 1703 г., без сомнения, заимствована из этого издания. Сообщаем расхождения обеих композиций: в книге на немецком языке эта гравюра выполнена в технике гравюры на меди, помещена вслед за титульным листом в виде фронтисписа, размером во всю страницу (133X76 мм — отпечаток. Обжима не видно). Центральные фигуры Арифметики одинаковы вплоть до медальона на шее. В русском издании она смотрит немного вбок. Два остальных различия: имеющиеся в немецком издании вверху по сторонам архитектурного сооружения (сени, под которой трон с женщиной) два глобуса (звездный и земной) — заменены в русском издании лиственными навершиями в стиле русских заставок. Слова в подножии колонн («Арифметика, что деет, на столпах то все имеет») немецкой книги совсем другие. Там мелким курсивом награвированы два изречения. Слева: «Что прилежный отец прибавляет, то непослушный сын вычитает», справа: «Что хорошо умножается, то бог не разделяет». Эти слова в русском издании заменены более простыми. После знакомства с «Арифметикой» Магницкого и одним из пособий для ее составления стал яснее вырисовываться облик автора. Это был не только известный ученый своего времени, математик, что было тогда редкостью, но в его лице мы видим и поэта, так как нет оснований думать, что стихи, помещенные в «Арифметике», имеют другого автора. Он был и прекрасным педагогом. Это ясно не только из его разъяснений, но и из помещенных дву-, четырех-и шестистиший, придающих «сухой» науке занимательность. В своем стихотворном предисловии Леонтий Филиппович говорит, что по его книге можно учиться самому,— он понимал пользу самообразования и наглядности в обучении. Он также показывает себя осведомленным в таких науках, как история, география, навигация, философия. Без сомнения, он разбирался хорошо в греческом и латинском текстах и знал новые языки Запада. Думается, что и специалистам, и всем, любящим старую книгу, будет интересно узнать новое об «Арифметике» Магницкого.

Листая старые книги

Русские азбуки в картинках
Русские азбуки в картинках

Для просмотра и чтения книги нажмите на ее изображение, а затем на прямоугольник слева внизу. Также можно плавно перелистывать страницу, удерживая её левой кнопкой мышки.

Русские изящные издания
Русские изящные издания

Ваш прогноз

Ситуация на рынке антикварных книг?