Баннер

Сейчас на сайте

Сейчас 381 гостей онлайн

Ваше мнение

Самая дорогая книга России?
 

Балабин П.Т. с рисунка М.И. Махаева. Вид Кремля из Замоскворечья между Каменным и Живым мостом к полудню на карте окрестностей Москвы.

Офорт, резец. 1766. Нижняя часть "Плана Царствующего Града Москвы с показанием лежащих мест на тридцать вёрст в округе". Михайло Махаев, отбросив правую часть панорамы 1707 года П. Пикарта, ограничил свой более симметричный и уравновешенный вид двумя мостами слева и справа: река немного сужена, Кремль приближен к зрителю. Хотя художник сжимает перспективу, вид выглядит безусловно панорамным.

 


 

После государственного переворота 28 июня 1762 года и вступления на престол Императрицы Екатерины II была создана Коронационная комиссия, руководить которой официально назначен князь Н. Ю. Трубецкой. Изображение коронации он представляет таким же, каким был Коронационный альбом Императрицы Елизаветы Петровны, исполненный под его руководством двадцать лет тому назад. Для рисования процессий и отдельных церемониальных предметов он приглашает А. И. Свечина и его «команду». 2 сентября 1762 года в Академии получено донесение подполковника Свечина «об отправлении по приказанию князя Н.Ю. Трубецкого с ним, Свечиным, в Москву в комиссию о коронации Ея Императорского Величества для сочинения рисунков мастера Махаева...».

Одновременно с участием в изображениях коронации Махаев исполняет самостоятельные рисунки — виды Москвы. С самого начала они вызывают большой интерес. Художник еще находится в Москве, а присланные им карандашные рисунки 14 августа забирает ученик М. В. Ломоносова, библиотекарь А. А. Константинов (с 1766 года — его зять). В списке конца 1763 — начала 1764 года Махаев упоминает «18 Московских тушью и карандашом же нарисованных проспектов, из которых 10 Статский советник г-н Ломоносов имеет». Мы не знаем, какие намерения были у Ломоносова и с какой целью держал он у себя махаевские рисунки. Между тем автор продолжает работать над видами Москвы «в прибавок меж нужными делами в свободные времена», надеясь, что они «и кроме Коронационной книги для Академии потребны будут». К сожалению, рисунки эти не сохранились, хотя есть косвенные свидетельства, что они были известны современникам. Академия частично использует московские рисунки Махаева. В июле 1763 года президент передает в Канцелярию план Москвы и ее окрестностей. Адъюнкт И. Ф. Трускот должен его уменьшить и подготовить для гравирования на одном листе. К середине декабря он закончил свою работу и план был передан подмастерью Л. Г. Терскому. В январе 1764 года Махаев получает распоряжение «сделать к тому плану проспект Москвы и представить в канцелярию». Работа над видом Москвы для карты-плана длится долго и протекает не гладко. Из позднего махаевского отчета мы узнаем, что в 1764—1766 годах художник исполнил несколько рисунков: «Во все двух годищное время под Московской план не однократно сочинял проспекты, из которых один из Замоскворечья по апробации и выгридирован». Среди этих нарисованных, но не утвержденных проспектов, вероятно, были упомянутые Махаевым в списке виды «Москва с Ивановской колокольни». Кремль «с трех сторон и с Китаем» и «Кремль из-за Каменного моста», в это же время использованный в гравюре «Придворного календаря». В апреле 1765 года, то есть где-то в середине «двух годищного времени», один из рисунков был возвращен Махаеву с тем, чтобы то, что в «проспекте было недоделано, так же привесть к совершенному окончанию, дабы в рассуждении правильной перспективы никакого порока и неисправности быть не могло...». После таких замечаний автор, по-видимому, оставил рисунок. Лишь через год, весной 1766 года, «для известной Московской Ландкарты вид Кремля из Замоскворечья окончан в марте месяце и Его Высокородие Статской Советник над художествами директор Яков Яковлевич Господин Штелин к градарованию отправил, которой отдан в грыдаровальную палату в силу ордера Патрикею Балабину для заблаговременной прорисовки». Из нескольких махаевских рисунков «над художествами директор» выбрал и утвердил вариант совсем не махаевский — прямой панорамный вид, не дающий перспективы и глубины. Штелин, до этого отвергший несколько махаевских проспектов Москвы, доволен этим вариантом и в письмах к Г. Ф. Миллеру называет вид превосходным. Удачно общее решение карты. Кремль виден из-под листа с планом Москвы, углы которого закруглены красивыми рулонами. Можно предположить, что такое решение принадлежит Махаеву: ведь тот же принцип «обманки» используется им примерно в те же годы при оформлении коронационных рисунков. Рисунки Москвы, так же как и виды Петербурга, гравировать в Академии некому. Хотя еще живы двое из исполнителей «знатнейших проспектов» А. А. Греков и Е. Г. Виноградов, но Греков отказывается гравировать вид Москвы на плане, объявив, что «глазами мало видит и мелкой работы исполнять не может», а Виноградов работает плохо и медленно, бесконечно долго гравируя «Погребальную процессию Императрицы Елизаветы Петровны». Приходится ориентироваться на следующее поколение граверов. Понимая это и учитывая опыт гравирования малых проспектов Петербурга, Махаев уже в 1764 году делает маленькие рисунки Москвы. Для первой серии выбрано семь миниатюр: общий вид Кремля из-за Каменного моста, пять видов внутри Кремля и рисунок В. А. Усачева «Летний дворец», исполненный под наблюдением Махаева. С сентября 1764 года П. Т. Балабин, Н. Я. Саблин и Н. Ф. Челнаков гравируют по «две дощечки проспектов города Москвы в придворный календарь», седьмую доску исполняет Илья Стрижев (гравюры подписаны авторами). В отличие от малых видов Петербурга, гравированных по четыре на доске, виды Москвы граверы исполняют на маленьких «осмушечных» досках. Через год, в 1765 году, за первой следует вторая серия. Ее также открывает «Вид Кремля», на этот раз вид из Замоскворечья, представляющий среднюю часть рисунка для плана Москвы, над которым Махаев работает в это время. Остальные шесть видов изображают триумфальные ворота, построенные или обновленные к коронационным торжествам. Гравируют махаевские рисунки те же граверы Балабин, Саблин и Челнаков (по две доски) и П. А. Артемьев — один из видов. Гравюры не подписаны, но по манере исполнения деталей — облаков, мостовой, архитектурных украшений, листвы, по рисунку фигур можно выделить пары, исполненные одним автором. Так, не вызывает сомнения, что листы 2 и 3, с изображением арок на Тверской улице, произведения одного гравера. Сопоставление их с подписными гравюрами П. Т. Балабина в первой серии и гравированным им видом на плане Москвы выявляет общие черты: фигурки людей с маленькими головками, мужские головы под шляпами изображены в виде белого треугольника. Листы 1 и 7 по характеру изображения кучевых облаков, по рисунку женских фигур в широких юбках до земли должны быть определены как гравюры Н. Я. Саблина. Лист 5 — произведение Н. Ф. Челнакова: для него характерен рисунок летящих птичек (ср. лист 5 первой серии) и большеголовые фигуры в одеждах, переданных вертикальными штрихами (ср. лист 3 первой серии). Из двух остальных лист 6 «Никольские ворота» ближе к гравюре Челнакова. Лист 4 с мелким рисунком архитектурного декора и узкой полосой тени на первом плане следует приписать Артемьеву, который, кроме того, исполнил не дошедший до нас «виньет» — по-видимому, это был фронтиспис календаря с видом Москвы. В сохранившихся в библиотеках России экземплярах «Придворных календарей» на 1765 и 1766 годы иллюстрации отсутствуют. Гравюры сразу же переросли роль приложения и начали самостоятельное существование. Уже в августе 1766 года по чьему-то заказу в Фигурной палате печатают «московских проспектов из двух календарей на 15 досках по три абдрука на империале» (то есть на бумаге высшего качества). Позднее, так же как малые виды Петербурга, виды Москвы продают в Книжной лавке Академии. В 1781 году печатают для продажи «малых проспектов города Москвы» по 50 экземпляров. В это время из них составляют альбомы, приплетают в качестве приложения к книгам. Московская тема заняла большое место в творчестве Махаева, однако его самостоятельные рисунки не сохранились, и судить об итогах его многолетней работы приходится только по четырнадцати рисункам Девельи с архитектурными фонами Махаева и по гравюрам с махаевских рисунков. Гравюр тоже четырнадцать: вид Москвы на плане и тринадцать маленьких (8x12) листов для календарей. Кроме того, оригинал еще одной календарной гравюры исполнен Усачевым под руководством Махаева. Предшественники Махаева, иностранные художники XVII — начала XVIII века показывали Москву со стороны, давая ее общий вид с Воробьевых гор (Н. Витзен, К. де Брюин, Я. Бликлант) или из Замоскворечья (П. Пикарт, 1707). На гравюрах Петровского времени появились изображения триумфальных арок, но без городского фона. О. Эллигер в 1730-ом и Э. Гриммель в 1742—1743 годах нарисовали торжество на площади перед Успенским собором в Кремле для Коронационных альбомов. Лишь один из московских видов Махаева повторяет композицию его предшественников. В «Виде Кремля из Замоскворечья» на плане 1766 года Махаев, отбросив правую часть панорамы 1707 года, ограничил свой более симметричный и уравновешенный вид двумя мостами слева и справа: река немного сужена, Кремль приближен к зрителю. Хотя художник сжимает перспективу, вид остается панорамным (нельзя согласиться с А. А. Федоровым-Давыдовым, который подчеркивает его пейзажный характер и лиричность). Автор статьи М.А. Алексеева.



Листая старые книги

Русские азбуки в картинках
Русские азбуки в картинках

Для просмотра и чтения книги нажмите на ее изображение, а затем на прямоугольник слева внизу. Также можно плавно перелистывать страницу, удерживая её левой кнопкой мышки.

Русские изящные издания
Русские изящные издания

Ваш прогноз

Ситуация на рынке антикварных книг?