Баннер

Сейчас на сайте

Сейчас 477 гостей онлайн

Ваше мнение

Самая дорогая книга России?
 

Крылов И.А. Новые басни. Санкт-Петербург, в типографии Губернского Правления, 1811.

Новые басни Ивана Крылова. Санкт-Петербург, в типографии Губернского Правления, 1811. 41, [3] стр. Напечатана 21 басня. Второе издание первой книги басен 1809 года и третье по счету. Цензор И. Тимковский, много и долго поработавший над текстами басен: уж очень темы проблемные! Тираж 1200 экземпляров. В великолепном ц/к переплете с тиснением золотом на крышках и корешке. Оригинальные разноцветные под «мрамор» форзацы. Формат: 21х13 см. О степени редкости лучше не говорить — на рынке не встречается! Н.П. Смирнов-Сокольский достать не смог, да и другие тоже!

 

 


 

Библиографическое описание:

1. Смирнов-Сокольский Н.П. «Рассказы о книгах». Издание 2-е. Москва, 1960. стр. 231-232.

2. Библиотека русской поэзии И.Н. Розанова. Библиографическое описание. Москва, 1975, №805 (экземпляр из библиотеки Л.И. Жевержеева).

3. Л.И. Жевержеев «Опись моего собрания». Том I-й. Петроград, 1915, №1246.

4. The Kigour collection of Russian literature 1750-1920. Harvard-Cambridge, 1959, №570.

Крылов, Иван Андреевич (1766,1768,1769?-1844). Когда родился великий русский баснописец? Точных документов, которые позволили бы ответить на этот вопрос со всей необходимой достоверностью, не существует. Исследователи называют разные даты: 1766, 1768, 1769. Неизвестно также, где И. А. Крылов родился. Когда в 1838 г. в Петербурге состоялось первое в истории России «литературное чествование», Вяземский в написанной по этому случаю «торжественной оде» (скорее, куплетах) назвал героя дня «дедушкой Крыловым». Для последующих поколений закрепилось представление об Иване Андреевиче как о добром грузном старике, сидящем в уютном кресле (кстати, знаменитый памятник ему П. Клодта был первым «писательским» памятником в Петербурге). Кажется, что он всегда был мудрым стариком. Так казалось и современникам. Крылов,— пожалуй, один из немногих писателей «прошлого» века, встретивший новое столетие без страха показаться старомодным,— оказался своим в кругу молодых литераторов, которым годился в отцы... Отец Крылова был офицером драгунского полка, защищавшего от пугачевского войска Яицкий городок. Иван с матерью находились в Оренбурге во время осады (в «Капитанской дочке» рассказывается об этой осаде: в городе ели мертвечину, «и то за честь»). Мать, Марья Алексеевна, осталась в памяти сына как во-площение добродетелей и природного ума. В 1775 году семья переехала в Тверь. Жили в бедности, Крылову из милости разрешено было присутствовать на занятиях домашних учителей в семье помещиков Львовых, иногда он прислуживал в их доме в качестве лакея. По словарю он выучил французский, позже освоил итальянский и немецкий, в старости выучил древнегреческий, брал уроки английского языка. С удовольствием занимался математикой, хорошо рисовал, умел играть на скрипке, изучал теорию музыки, много читал. В 1778 г. умер отец, и семья осталась без средств к существованию. Мать упросила местное начальство принять девятилетнего Ивана на службу в тверской губернский магистрат, где он занимался перепиской бумаг. В 1782 г. семья перебралась в Петербург, и Крылов поступил канцеляристом в Казенную палату. Особое покровительство ему оказывала жена Державина, благоволившая юному таланту. В тринадцать лет он столь удачно перевел басню Лафонтена, что вызвал одобрение знатоков. Затем пробовал свои силы в драматургии — писал комические оперы («Кофейница», «Бешеная семья») и трагедии («Клеопатра», «Филомела»). И в том, и в другом жанре явственно сказались оппозиционные настроения Крылова: в одной пьесе шла речь о свержении царя-тирана, в другой осуждалось сластолюбие царицы (что могло рассматриваться как выпад против Екатерины). Крылов считал, что писатель должен быть наставником своих читателей, и занимал позицию фрондера.

В конце 1780-х гг. он вступает в полемику с Княжниным и его женой, дочерью А. П. Сумарокова, позволившей себе насмешливые выпады против Крылова (поводом было то обстоятельство, что юный литератор «продавал свой талант» — то есть писал за деньги). Княжнин был тесно связан с правительственными кругами, и выступления против него были небезопасны. Большая прозаичеекая комедия «Проказники» (под именами главных героев которой — Рифмокрада и Тараторы — были выведены Княжнин и его жена) не была поставлена, равно как и другие произведения Крылова, взятые было к постановке («Сочинитель в прихожей», «Американцы» и др.). В результате, Крылов на много лет оставил государственную службу. Он активно сотрудничал с журналом И.Г. Рахманинова «Утренние часы», где публиковал свои первые басни (которые сам расценивал как неудачные). В 1789 г. Крылов основал собственное издание — ежемесячный журнал «Почта духов», большая часть материалов которого составлялась им самим. Журнал считается самым смелым изданием того времени. Двадцатилетний автор не боится смелых намеков, прозрачных аллегорий и выпадов против императорского двора и государственных порядков, продолжает нападки на Княжнина. «Почта духов» была запрещена на восьмом выпуске, но Крылова это ничуть не обескуражило. Он организовал книгоиздательство «Г-н Крылов со товарищи», открыл книжную лавку и в феврале 1792 г. начал выпускать журнал «Зритель», где публиковал сатирические «похвальные речи», статьи и повести. Объектом критики Крылова становятся карамзинисты и сентиментализм. В 1793 г. он издает журнал «Санкт-Петербургский Меркурий», сохраняющий те же позиции, что и «Зритель». Оба журнала были закрыты. Крылов чувствовал, что за десять лет литературной деятельности ни на йоту не приблизился к желанному результату — перевоспитанию общества в просветительском духе. Резкий перелом в его жизни обозначился в 1794 г.: он оставил издательскую и литературную деятельность, поселился в Москве и стал профессиональным карточным игроком. Екатерина II, по требованию которой московская полиция составила список за-ядлых игроков, по-видимому выслала Крылова из Москвы. Осень 1794-го и зиму 1795 г. он провел в имении своего нового приятеля В. Е. Татищева. После воцарения Павла Крылов вернулся в Москву. Его имя почти не появлялось на страницах печати, он продол-жал вести рассеянный светский образ жизни. В 1797 г. Крылов стал личным секретарем князя С.Ф. Голицына и, когда тот неожиданно оказался в опале, последовал за ним из Москвы в Саратовскую губернию, а затем на Украину. В семействе Голицыных Крылов исполнял обязанности домашнего учителя, а после восшествия на престол Александра I и назначения Голицына лифляндским военным губернатором с 1801 по 1803 г. занимал должность правителя дел канцелярии в Риге. В это время наметились значительные перемены в отношении Крылова к литературе. Он не расстался с идеалами молодости, но убедился в невозможности исправить общественные недостатки с помощью искусства и обратился к грубому, мужицкому здравому смыслу, подкупающему своей практичностью. В 1800 г. для домашнего театра Голицыных им была написана пьеса «Трумф, или Подщипа», в которой он высмеивал принципы высокой трагедии, смело смешивал просторечия и лексику высокого стиля, вывел конфликт немецкой цивилизации и русских патриархальных нравов, одинаково потешаясь над тем и другим. Пьеса была запрещена к печати и постановке, хотя Крылов выждал семь лет, прежде чем попытался провести ее в свет. Однако списки пьесы расходились десятками, ее ставили на любительских сценах. Успех пьесы способствовал созданию еще двух произведений в том же роде — комедий «Пирог» и «Лентяй» (начало 1800-х). Крылов проповедовал философию жизни, которой позже в романе «Обломов» отдаст дань Гончаров: когда жизнь так бессмысленна, то лень и ничегонеделание лучше любого рода деятельности. Особым успехом пользовались комедии Крылова «Модная лавка» (1806) и «Урок дочкам» (1807), державшиеся в репертуаре русских театров до середины XIX века и во многом восходившие к комедиям Мольера. В 1805 г. Крылов вновь обратился к переводам басен Лафонтена. Он поселился в Петербурге и определился на службу в Публичную библиотеку. Был вхож в самые известные литературные салоны, однако в аристократических кругах на него смотрели как на «лакея господ Львовых», жалкого выскочку-недоучку. Басни Крылова заставили аристократов от литературы пересмотреть свое отношение к «плебею». В «Беседе любителей русского слова» он «с необыкновенной выразительностью» читал свои басни, неизменно собирая толпы слушателей; никто из участников «Беседы...» не мог похвастаться подобным успехом. В 1808 г. в «Драматическом вестнике» Шаховского была напечатана подборка из двенадцати басен Крылова (в нее вошли «Ворона и лисица», «Волк и ягненок»), в 1809-м вышло первое отдельное издание его басен, ав 1811-м — его продолжение («Новые басни»). Во время Отечественной войны в журнале «Сын отечества» Крылов опубликовал ряд «военных» басен, снискавших ему всероссийскую славу. Басню «Волк на псарне» М.И. Кутузов читал своей свите после сражения под Красным. Басни Крылова были встречены и архаистами, и карамзинистами настороженно: ведь автор смело разрушал границы между разговорной речью и высокой словесностью. В.А. Жуковский, написавший большую рецензию на басни Крылова, отдал предпочтение басенной манере Дмитриева, обвинив автора в злоупотреблении грубыми выражениями; это обвинение вскоре стало общим местом критических разборов басен Крылова (М. Каченовский, Д. Блудов, Д. Дашков). П.А. Вяземский считал, что «плоские», «площадные» шутки Крылова (например: «Аи, моська! Знать, она сильна, что лает на слона!») и стали причиной «дешевой» популярности писателя, чей талант должен был развернуться совсем иначе. Но новаторство Крылова заключалось не только в смешении языковых стихий. Его басни были рассчитаны на сценическое исполнение, дистанция между автором и рассказчиком создавала сложный подтекст, что заставляло воспринимать мораль басни неоднозначно. Современники легко определяли «истинные» сюжеты басен — всегда написанных, как они считали, «по случаю»: против Александра I — «Воспитание льва», «Рыбьи пляски», против Николая I — «Вельможа», «Бритвы», об отставке А. П. Ермолова — «Булат», о Д. И. Хвостове — «Демьянова уха», против Н. Греча и Ф. Булгарина — «Кукушка и Соловей»... Горький жизненный опыт научил Крылова не высказывать своих взглядов прямо. Со своими друзьями и знакомыми он говорил обиняками, и невозможно было понять, шутит он или говорит всерьез. Так, однажды Жуковский наивно удивлялся тому, что цензоры часто затрудняются,— ведь есть четкие правила, что пропускать в печать, а что нет. Крылов немедленно вступился за цензоров: «Вот поставили меня караулить этот зал и сказали: плешивых не пускать. Идешь, к примеру, ты. Я тебя и не пустил. Меня распекают: как посмел Жуковского не пустить? — Так он же плешивый! — А он с боков-то волоса на лысину зачесывает! — В другой раз стою — ты идешь. Я тебя пустил. Меня опять к начальству: как посмел пустить, он же плешивый? — Да ведь он с боков-то волоса зачесывает на лысину! — Ну и что? А плешь-то видна». Бытовое поведение Крылова вполне соответствовало его «аллегорическому» мышлению. Он принимал милости от двора: с 1812 году ему была назначена пожизненная пенсия, в 1820-м он был награжден орденом Св. Владимира IV степени, в 1838-м — орденом Станислава II степени, в 1830 г. в обход всех законов Крылову, не имевшему университетского образования, был пожалован чин статского советника, он был в числе особо приближенных к царскому двору. Поэт оказался участником враждующих литера-турных группировок и салонов (Жуковского, Греча, Шаховского, Дельвига, Уварова и др.), и везде его принимали одинаково почтительно. Об аппетите Крылова складывались легенды; если его ждали к обеду, то старались удвоить число блюд, чтобы не получить нареканий от гостя. Вполголоса рассказывали анекдоты о царских обедах у Марии Федоровны, на которых присутствовал Крылов: после «августейшей трапезы» он мчался в ресторацию, чтобы наконец покушать как следует. Независимый и спокойный, Крылов являл образец живого классика: его семидесятилетие в 1838 г. отмечалось широко и пышно, даже была выпущена памятная медаль. Его басни переводились на многие языки, многократно издавались в России, вошли в школьные хрестоматии и стали классическими. Всего Крылов написал около двухсот басен, собранных в девяти книгах. Смерти его предшествовала тяжелая болезнь; согласно медицинскому свидетельству, Крылов скончался от скоротечного воспаления легких, однако долго бытовала легенда, что причиной стал неумеренно плотный обед. Гроб с телом Крылова студенты несли от Исаакиевского собора до Александро-Невской лавры на руках. Поэт составил завещание, согласно которому извещение о его смерти вручалось вместе с новым изданием его басен.

Листая старые книги

Русские азбуки в картинках
Русские азбуки в картинках

Для просмотра и чтения книги нажмите на ее изображение, а затем на прямоугольник слева внизу. Также можно плавно перелистывать страницу, удерживая её левой кнопкой мышки.

Русские изящные издания
Русские изящные издания

Ваш прогноз

Ситуация на рынке антикварных книг?