Баннер

Сейчас на сайте

Сейчас 342 гостей онлайн

Ваше мнение

Самая дорогая книга России?
 

Трахтенберг В.Ф. Блатная музыка. («Жаргон» тюрьмы).

По материалам собранным в пересыльных тюрьмах: Петербургской, Московской («Бутырки»), Виленской, Варшавской, Киевской и Одесской; в тюрьмах: в «Крестах», в «Доме предварительного заключения», в «Дерябинских казармах» (Петербург), в «Каменщиках» (Москва). Под редакцией и с предисловием профессора И.А. Бодуэн-де-Куртенэ. СПб., типография А.Г. Розена, 1908. XX, 116 с. В п/к переплете эпохи с тиснением золотом на корешке. Обложки сохранены в переплете. 21,8x15 см. Словарь В.Ф. Трахтенберга под редакцией и при участии Бодуэна де Куртенэ представляет серьезный, основательный труд и является богатейшим источником для филологических изысканий в области социолингвистики, истории русской культуры и истории русского языка.

 

 

Оглавление: Предисловие. - Словарь. - Приложение: I. Остросюжетные пословицы, поговорки и присказки. II. Острожные песни. Милосердная. Острожные песни. III. Нечто о «Музыке». - Указатель к словарю.

Сведения о Трахтенберге весьма скупы:

Трахтенберг, Василий Филиппович (? — 1940, Греция) — авантюрист, автор книги «Блатная музыка» (1908) — словаря воровской речи. Умудрился продать французскому правительству несуществующие марокканские рудники. В 1908 находился в Таганской тюрьме, осужденный за мошенничество. Не будучи лингвистом, составил словарь воровского жаргона, который стал основой всех последующих словарей подобного лингвистического типа. Автор приключенческого романа: Трахтенберг В.Ф. Необыкновенные похождения корнета Савина, знаменитого русского авантюриста: По воспоминаниям Василия Трахтенберга. Вып. 1. СПб., 1909.

Бодуэн де Куртенэ, Иван Александрович (или Ян Нецислав Игнаций Бодуэн де Куртенэ; польск. Jan Niecisław Ignacy Baudouin de Courtenay, 1845, Радзымин под Варшавой — 1929, Варшава) — российский и польский языковед. Бодуэн де Куртенэ совершил переворот в науке о языке: до него в лингвистике господствовало историческое направление — языки исследовались исключительно по письменным памятникам. Он же в своих работах доказал, что сущность языка — в речевой деятельности, а значит, необходимо изучать живые языки и диалекты. Только так можно понять механизм функционирования языка и проверить правильность лингвистических теорий. Бодуэн де Куртенэ в течение многих лет изучал разные индоевропейские языки, писал свои научные труды не только на русском и польском, но и на немецком, французском, чешском, итальянском, литовском и других языках. Работая в экспедициях, исследовавших славянские языки и диалекты, он фиксировал их фонетические особенности. Его открытия в области сопоставительного (типологического) анализа славянских языков предвосхитили появление идей, которые позднее нашли своё отражение в работах выдающегося типолога-слависта Р. О. Якобсона. Эти исследования позволили Бодуэну де Куртенэ (с учётом идей рано умершего младшего коллеги, талантливого Н. В. Крушевского — также поляка, работавшего в Казани) создать теорию фонем и фонетических чередований. Теория изложена в его «Опыте фонетических чередований» (1895). Её логическим продолжением явилась созданная учёным теория письма. Таким образом, Бодуэн выступил основоположником фонологии и предшественником теории Н. С. Трубецкого. Бодуэн де Куртенэ первым начал применять в лингвистике математические модели. Доказал, что на развитие языков можно воздействовать, а не только пассивно фиксировать все происходящие в них изменения. На основе его работ возникло новое направление — экспериментальная фонетика. Подготовил третью и четвёртую редакции словаря В. И. Даля, уточнив этимологии, исправив разделение на гнёзда (у Даля часто произвольное), а также пополнив его новыми словами, в том числе внеся отсутствовавшую у Даля вульгарно-бранную лексику. За свои дополнения был подвергнут жёсткой критике, в советское время «Бодуэновский словарь Даля» не переиздавался. Переиздания советского времени опираются на оригинальный текст второго издания словаря Даля; версия Бодуэна обычно считается самостоятельным словарём. Бодуэн де Куртенэ активно интересовался искусственными языками, неоднократно выступал сторонником эсперанто. В октябре 1907 года он участвовал вместе с Отто Есперсеном и другими учёными в международной делегации по принятию международного вспомогательного языка (фр. Délégation pour l'Adoption d'une Langue Auxiliaire Internationale) в качестве её вице-председателя. Был лично знаком с Л. М. Заменгофом, основателем эсперанто, но эсперантистом себя не считал. Работая в Казани в 1874—1883 гг., учёный основал Казанскую лингвистическую школу, в рамках которой расцвёл талант крупнейшего учёного В. А. Богородицкого, под его непосредственным влиянием проходило становление замечательных русских лингвистов XX века Л. В. Щербы и Е. Д. Поливанова. Некоторые из трудов Бодуэна де Куртенэ были напечатаны в воронежском журнале «Филологические записки».

Существует еще ряд замечательных работ по этой теме:

• Собрание выражений и фраз, употребляемых в разговоре с.-петербургскими мошенниками, „Северная пчела“, 1859.

• Н. Смирнов, Слова и выражения воровского языка, выбранные из романа вс. Крестовского „петербургские трущобы“, СПб., 1899.

• Ванька Бец, Босяцкий словарь, Одесса, 1903.

• Путилин и. Д. Условный язык петербургских мошенников, СПб., 1904.

• Досталь Герман, воровской словарь, Слобода Покровская, 1904.

• Попов В. Ф., Словарь воровского и арестантского языка, Киев, 1912.

• Блатная музыка, Словарь жаргона преступников, Издание управления уголовного розыска республики, Москва, 1923.

• Потапов С.М., Словарь жаргона преступников, Москва, 1927.

Феня (арго) – язык, сформировавшийся на Руси в эпоху Средневековья и первоначально использовавшийся бродячими торговцами офенями. Офени создали новый язык, придумав новые корни и оставив традиционную русскую морфологию и использовали язык для общения «не для чужих ушей». Впоследствии язык был перенят уголовной средой, и в настоящее время феней называется воровской жаргон. Существовали и существуют писатели и поэты, пишущие на фене, как например "поэт, отчаянный босяк, гуляка и романтик ХV века Франсуа Вийон, который создал одиннадцать баллад на языке французских уголовников - кокийяров. До сих пор даже в самой Франции эти тексты до конца не переведены на "нормальный" литературный язык и не поняты". Уголовный жаргон - явление не только российское и не только современной нам эпохи. Своя блатная феня есть практически в любом языке, где имеются криминальные прослойки и сообщества. А имеются они везде и имелись всегда - будут и в будущем.

Пользующихся феней можно разделить на две основные группы - соответственно двум основным группам обитателей тюрьмы - братве и остальным, т.н. пассажирам. Для первых это как родная стихия, это носители языка, для вторых - это скорее иностранный язык, который они изучают по необходимости. Первые иногда и не умеют выражать свои мысли по-другому. Они думают на фене. Вторые зачастую достаточно быстро начинают ее понимать, но вот пользуются с трудом, обычно только для обозначения понятий, специфических для тюрьмы и блатного мира, и отсутствующих в вольной жизни. Есть и немаленькая прослойка так называемых наблатыканых - представители второй группы, своим поведением и языком стремящиеся "проконать" под блатных. Уважением они не пользуются ни у первой группы, ни у другой. Но, из-за агрессивного поведения, связанного со страстным желанием отказаться от своего "происхождения" и утвердиться в другом, в их глазах более высоком, "классе", они играют не последнюю роль в жизни тюрьмы, являясь, обычно, инициаторами беспредела, конфликтов и интриг. Назвать феню полноценным языком, конечно же, не представляется возможным. Она скорее сродни профессиональному жаргону. Владимир Даль назвал уголовный жаргон "блатной музыкой", которую в прошлых столетиях сочиняли "столичные мазурики, жулики, воры и карманники". Жаргон (феня) возник из языка офеней (коробейников) и напоминает языки некоторых этнических групп, в том числе африканских и греческих. Некоторые исследователи считают, что в седьмом веке на Руси проживал офенский народ, исчезнувший почти бесследно и оставивший о себе память лишь в русских былинах. Археологи не отрицают эту версию, но и прямых подтверждений пока не найдено. Язык офеней передавался поколениями, и вскоре его стали употреблять нищие, бродячие музыканты, конокрады, проститутки. Феней не просто общались, ею шифровали устную и письменную информацию, стремясь утаить смысл от лишних глаз и ушей. Жаргон вошел в воровские шайки, остроги и темницы, проник на каторгу. Их коренные обитатели даже отвыкали от родной речи, путая слова и выражения." Феня также не однородна. Свои оттенки, особенности лексики имеет каждая тюрьма и зона. Различаются немало западные, южные и восточные "диалекты". На Украине миска называется нифель, в России - шлемка. В одних местах камерный стол зовут дубок, в других - общак. И таких примеров немало. Кроме того, каждая преступная профессия - карманники, домушники, фармазонщики, кидалы и т.п., имеют свой специфический словарный запас. Феня несет и опознавательную функцию в преступной среде, позволяющую отличать своих и чужих. Академик Дмитрий Лихачев в статье "Черты первобытного примитивизма воровской речи" писал: "Воровская речь должна изобличать в воре "своего", доказывать его полную принадлежность воровскому миру наряду с другими признаками, которыми вор всячески старается выделиться в окружающей его среде, подчеркнуть свое воровское достоинство: манера носить кепку, надвигая ее на глаза, модная в воровской среде одежда, походка, жестикуляция, наконец, татуировка, от которой не отказываются воры, даже несмотря на явный вред, который она им приносит, выдавая их агентам уголовного розыска. Не понять какого-либо воровского выражения или употребить его неправильно - позорно...". Сразу ремарка: "примитивизм" - это преобладание эмоциональности над разумом, вероятно, при не очень больших их абсолютных величинах. Профессиональные преступники как раз в своей массе имеют именно такой психологический портрет. Роль фени для сокрытия смысла сказанного или написанного от посторонних на сегодня ушла в тень. Скорее всего, благодаря тем же фильмам и книгам, проникновению в повседневный язык, изучению ее лингвистами и правоохранителями, видоизменение воровского движения как такового. Да и этот аспект не так однозначен - скрывая с помощью фени, может быть, конкретные дела или намерения, вор одновременно раскрывает себя как представителя преступного мира. Поэтому настоящий профессионал перед своей жертвой вряд ли станет ботать по фене. Надо также отметить, что феня, о которой говорит Даль, на сегодня также пришла в упадок. Свой расцвет современный тюремно-уголовный жаргон получил во времена сталинских лагерей и более поздних советских тюрем, когда на одних нарах парились уголовники и профессора, работяги, инженера, славяне, азиаты, кавказцы, китайцы и чуть ли не полинезийцы, взаимно обогащая и рождая то, что мы сегодня называем этой самой феней. Но это уже совсем другая речь, - немного не та, свидетелем которой был Даль. Пример такого синтеза - "гнать порожняк". Вероятно, фраза возникла из жаргона железнодорожников, хотя и Бог его знает откуда она взялась у них. Порожний - по украински значит пустой. Основная же масса терминов - обычные слова русского языка, часто упрощенные, вульгаризированные, иногда просто в современном языке считающиеся устаревшими или берущие свое начало от общеславянских корней, которым иногда придается несколько иное, но, зачастую, остроумное значение.

Решка - решетка, акула - ножовочное полотно (для перепиливания решетки); барыга (ср. барыш, барыши) - скупщик краденого, торговец в зоне или осужденный по хозяйственным статьям, коммерсант; беспредел - беззаконие; тормоза - двери в камере; западло; заточка; следить за базаром (за метлой); подмотать вату - собрать вещи, съехать (от камерного скрутить матрас - вату, при выезде из хаты); гнать - переживать, говорить не в тему, или против, или неправду; опустить, обидеть - изнасиловать; пацан; мужик; общак; кум - опер, и т.п. Целый набор зоологизмов - да простят меня лингвисты, не знаю, есть ли у них такой термин. Козел (рогатый), олень, петух, курица (наседка) - стукач, черт, демон (отнесем и их к этой группе), бык, конь, конячить, кобыла, крыса (ворующий у своих), крысятничать, гад... Множество прилагательных, перешедших в разряд существительных: кумовской, ментовской, мусорской, опущенный, обиженный, блатной, черный, красный, цветной, серый, полосатый, угловой, смотрящий...

О всемерном проникновении фени в повседневную речь, в средства массовой информации, кино, литературу немало сейчас говорят, и, в основном, с отрицательным оттенком. Но - "с песни слова не выкинешь". Это часть нашей культуры, нашей жизни - через тюрьмы за свою жизнь проходят не меньше 10% мужского населения страны. И такое "проникновение" отчасти связано с проникновением все большего количества информации об этом затерянном мире в общество. То, что раньше (да и сейчас немало) тщательно скрывалось, постепенно выходит наружу. Да и нельзя отрицать то, что феня имеет свою музыку, свой шарм, что отмечал вышеупомянутый классик словесности. Если отбросить обывательскую предвзятость по поводу "морального облика" ее носителей, то этого нельзя не заметить. Меня неоднократно буквально поражала и завораживала емкость слов и фраз блатной лексики, ее музыка. Это живой, яркий, эмоциональный и самобытный язык, который всегда будет привлекать этим нормальных людей, в среде которых никогда не приветствовалась рафинированная речь школьных учебников. Это можно объяснить и тем, что феня ориентирована больше на эмоции, а не на интеллект. Как и романтика воровской жизни, в которой мало логики, зато много эмоций. Поэтому ею будут пользоваться, вплетать в речь. Это такой же русский язык, часть российской, имперской, советской, теперь - постсоветской - уж не знаю как и называть ее - культуры и поэтому им просто невозможно засорить "великий могучий" и остальные не менее красивые языки. Засорить их можно только тупоумием не к месту и без чувства использующих феню и ханжеством ревнителей "чистоты" и "правильности". Например, когда премьер-министр на заседании кабинета министров говорит - "мы порожняки не гоняем!", то это как-то явно "не в тему". Матерное слово к месту сказанное заменит три пространных предложения. Так же и с феней. Просто надо за метлой следить :) - всему свое время и место. Да и назвать феню чисто прерогативой уголовного мира, как минимум, несерьезно. Сейчас трудно сказать, что и куда перешло - из фени в повседневную речь или обратно. И где проходит между ними грань. Как и между т.н. "нецензурной" и "цензурной" речью.

Мата нечего стесняться,

Мат затем и матом стал,

Чтобы людям изъясняться

Словом чистым как кристалл

А вот перевод Фимы Жиганца "На смерть поэта" М.Ю. Лермонтова. Вероятно, ревнители "правильности" и "идеалов" российской словесности могут огорчиться, но уж ладно:

КРАНТЫ ЖИГАНУ

Урыли честного жигана

И форшманули пацана,

Маслина в пузо из нагана,

Макитра набок - и хана!

Не вынесла душа напряга,

Гнилых базаров и понтов.

Конкретно кипишнул бродяга,

Попер, как трактор... и готов!

Готов!.. не войте по баракам,

Нишкните и заткните пасть;

Теперь хоть боком встань, хоть раком, -

Легла ему дурная масть!

Не вы ли, гниды, беса гнали,

И по приколу, на дурняк

Всей вашей шоблою толкали

На уркагана порожняк?

Куражьтесь, лыбьтесь, как параша, -

Не снес наездов честный вор!

Пропал козырный парень Саша,

Усох босяк, как мухомор!

Мокрушник не забздел, короста,

Как это свойственно лохам:

Он был по жизни отморозком

И зря волыной не махал.

А хуль ему?.. дешевый фраер,

Залетный, как его кенты,

Он лихо колотил понты,

Лукал за фартом в нашем крае.

Он парафинил все подряд,

Хлебалом щелкая поганым;

Грозился посшибать рога нам,

Не догонял тупым калганом,

Куда он ветки тянет, гад!

Но есть еще, козлы, правилка воровская,

За все, как с гадов, спросят с вас.

Там башли и отмазы не канают,

Там вашу вшивость выкупят на раз!

Вы не отмашетесь ни боталом, ни пушкой;

Воры порвут вас по кускам,

И вы своей поганой красной юшкой

Ответите за Саню-босяка!

Несколько выражений из фени:

УРЫТЬ - убить, уничтожить. Одно из любимых слов уголовников.

ЧЕСТНЫЙ, честняк, чеснок - уважительное определение в уголовно-арестантском мире: "честный вор", "честный пацан", "честный арестант" и проч. Другие подобные эпитеты: "достойный", "правильный", также - "праведный".

ЖИГАН - отчаянный, дерзкий, "горячий" преступник, уголовник. Положительная характеристика. В арго слово пришло из русских говоров, где корни "жиг", "жег" связаны со значениями "палить", "гореть", "производить чувство, подобное ожогу", а также с нанесением болезненных ("жгущих") ударов. И слово "жиган" первоначально связано с огнем (кочегар, винокур, человек, запачкавшийся сажей), позже - с "горячими" людьми (плут, озорник, мошенник). В уголовном мире царской России "жиганы" были одной из самых уважаемых каст. В каторжанской иерархии, по свидетельству одного из исследователей преступного "дна" дореволюционной России, писателя и журналиста А.Свирского, "жиганы" относились к высшему разряду - "фартовикам", причем к "сливкам" "фартового" общества. И до сих пор в сознании шпанского братства жиган - удалец, герой, сорви-голова.

ФОРШМАНУТЬ - обесчестить, оклеветать.

МАСЛИНА - пуля.

МАКИТРА - голова.

ГНИЛЫЕ БАЗАРЫ - нехорошие разговоры.

ПОНТЫ - притворство, показуха, лицемерие.

КОНКРЕТНО - серьезно, резко, бескомпромиссно. "Конкретный" - так определяют человека, который не занимается болтовней, а быстро, четко делает дело. Особенно часто говорят так и о суровых людях, умеющих скоро и жестко разобраться со своими недругами: "это - пацан конкретный".

КИПИШНУТЬ - возмутиться, устроить скандал, поднять голос против кого-либо.

ПОПЁР, КАК ТРАКТОР - чаще говорят "попер, как трактор по бездорожью", "переть по бездорожью": то же, что "переть буром" - напролом, не думая о последствиях, не боясь никого, отчаянно.

МАСТЬ ЛЕГЛА - так вышло, такая судьба.

БЕСА ГНАТЬ - лгать, болтать пустое, обманывать.

ПО ПРИКОЛУ - ради смеха, под настроение, по прихоти.

НА ДУРНЯК - рассчитывая на чье-то простодушие или глупость.

ШОБЛА - компания, сообщество, группа подельников.

УРКАГАН, урка, уркан, уркач - опытный уголовник. Из жаргона сибирской каторги, от искаженного "урки" - уроки, дневные рабочие задания для ссыльнокаторжных.

ТОЛКАТЬ ПОРОЖНЯК - говорить пустое, ерунду, бессмыслицу. Заимствовано из жаргона железнодорожников.

КУРАЖИТЬСЯ - веселиться, радоваться, гулять. Также - издеваться над кем-то, насмехаться. От французского "кураж" - отвага.

ЛЫБИТЬСЯ, КАК ПАРАША - широко улыбаться. Вообще "лыбиться" - грубо-просторечная лексика. Но приведенный выше фразеологизм - чисто босяцкое выражение.

НАЕЗДЫ - нападки.

ЗАБЗДЕТЬ - перепугаться, дать слабину.

ОТМОРОЗОК - преступник "без понятий", не знающий никаких границ, лишенный даже зачаточных представлений о справедливости, чести, легко идущий на пролитие крови, убийства. Существуют также фразеологизмы типа "мозги отморожены", "глаза отморожены".

ВОЛЫНА - пистолет. Из казачьих говоров, где "волына" - ружейный ремень.

А ХУЛЬ ЕМУ? - а что ему?

ФРАЕР - наиболее употребимое слово в фене

ЗАЛЁТНЫЙ - чужой, нездешний. На уголовном сленге также - "гастролер".

КЕНТ - друг, приятель.

КОЛОТИТЬ ПОНТЫ - в данном случае: красиво проводить время, бездельничать, также - работать на показуху, на имидж.

ЛУКАТЬ, лукаться - чего-либо искать, вызнавать, бродить в поисках; в блатном жаргоне - из русских говоров.

ФАРТ - счастье, удача.

ПАРАФИНИТЬ, лить парафин - обливать грязью, клеветать, унижать.

ХЛЕБАЛОМ ЩЁЛКАТЬ - в данном случае: безответственно болтать.

ПОСШИБАТЬ РОГА - избить, лишить авторитета; примерно то же, что "башку оторвать". Особенно нетерпимо такое оскорбление еще и потому, что человека относят к породе "рогатых". Сравнение с рогатым скотом в жаргоне чрезвычайно унизительно: "черт", "демон", "демонюга", "козел", "бык", "рогомет", "олень" и проч.

ДОГОНЯТЬ - понимать.

КАЛГАН - голова.

ВЕТКИ - руки, кисти рук, пальцы.

КОЗЁЛ - страшнейшее оскорбление в уголовно-арестантском мире.

ПРАВИЛКА - судилище, сходка, на которой воры или "авторитеты" обсуждают серьезный проступок уголовника.

СПРОСИТЬ, КАК С ГАДА - убить или (в лучшем случае) тяжело искалечить. За проступок с босяка или вора могут либо "спросить, как с гада", либо "спросить по-братски", то есть ограничиться ударом или затрещиной ("дать почувствовать братскую руку").

БАШЛИ - деньги, соответственно башлять - платить.

ОТМАЗ - оправдание.

КАНАТЬ - проходить, удаваться; "не канает" - не проходит.

ВЫКУПИТЬ - понять, разоблачить.

НА РАЗ - тут же, сразу.

БОТАЛО - язык (чаще - дурной язык).

ПУШКА - пистолет.

КРАСНАЯ ЮШКА - кровь.


Листая старые книги

Русские азбуки в картинках
Русские азбуки в картинках

Для просмотра и чтения книги нажмите на ее изображение, а затем на прямоугольник слева внизу. Также можно плавно перелистывать страницу, удерживая её левой кнопкой мышки.

Русские изящные издания
Русские изящные издания

Ваш прогноз

Ситуация на рынке антикварных книг?