Баннер

Сейчас на сайте

Сейчас 537 гостей онлайн

Ваше мнение

Самая дорогая книга России?
 

Сикорская, Татьяна. Гроза. Картинки Н. Синезубова.

Москва, Госиздат, 1928. 11 с. с ил. Тираж 20000 экз. Цена  30 коп. В цв. издательской литографированной обложке. Достаточно редка!

 

 

 

 

 

 


Синезубов, Николай Владимирович (1891-1948) - русский живописец и график. Жизнь и творчество Николая Синезубова пока что относятся к "белым пятнам" нашего искусствознания. Крайне мало о нем известно, по пальцам можно пересчитать экспонировавшиеся на выставках работы. Между тем талантливый живописец и график, на рубеже 1910-20-х годов он был заметной фигурой и оставил след во многих художественных движениях. Правда, след за давностью лет не очень заметный. Активно участвуя во многом, Синезубов как бы терялся в тени более известных соратников. Его имя не вспоминается в связи с деятельностью московского Инхука (1920), хотя с момента возникновения организации Синезубов состоял в ней и в спорах "теоретиков" (В. Кандинский) с "производственниками" (А. Родченко) поддерживал Кандинского. Когда заходит речь об обществе "Маковец", называют В.Чекрыгина, Л. Жегина, Н. Чернышева, С. Герасимова — имя Синезубова опять оказывается не "на слуху". Почти забыта его преподавательская деятельность на подготовительном отделении Вхутемаса (1920-23) и руководство мастерскими Пролеткульта (1919). И главное, забыто творчество, единственно позволяющее понять место художника в сумятице программ и "платформ".


У умывальника. 1918. Холст, масло. 57x40 см.

Государственный музей изобразительных искусств

Республики Татарстан

Известно, что Николай окончил известную в определенных кругах гимназию Т. Шелапутина. Рано увлекся искусством: отец художника обладал коллекцией гравюр. В 1912–1917 учился в МУЖВиЗ, одновременно посещал занятия на юридическом факультете Московского университета. Но полного курса обучения нигде не окончил. Итак, в 1912 году Синезубов поступает в Московское училище живописи, ваяния и зодчества (1912-17). Одновременно с ним здесь получают художественное образование Л. Жегин, М. Родионов (оба, как и Синезубов, недоучившиеся юристы), С. Романович — то есть складывается круг будущих "маковчан". Круг еще не столько творческий, сколько житейский. Все же существенно, что Синезубов принадлежит ему с самого начала и связи эти не теряются. С. Романович вместе с ним преподает в мастерских Пролеткульта и на подготовительном отделении Вхутемаса, там же работают К. Зефиров, Е. Машкевич, Н. Григорьев, Н. Крымов — все они потом войдут в "Маковец". До "Маковца" Синезубов состоит в Московском товариществе художников — в самой широкой и внепрограммной группе (1917-24): на выставках МТХ экспонировали работы М. Врубель, В. Борисов-Мусатов, В. Кандинский, К. Малевич, Н. Гончарова, М. Ларионов, все "бубновые валеты" и все "голуборозовцы". Он не связан ни с "левыми", ни с "правыми"; его путь нащупывается в изучении традиций старых мастеров, в попытках духовно осмыслить все составляющие творческого процесса. Свидетельство этих попыток — прочитанный в Инхуке доклад "О фактуре"; характерно само участие Синезубова в институтском теоретизировании — казалось бы, отвлеченные дебаты об элементах живописной формы отвечали его потребности в обобщениях по поводу собственного труда.


Девушка у зеркала. 1919. Холст, масло. 66x44 см.

Государственный Русский музей

Так складывается кредо, высказанное позже в статье "Судьба художника" ("Маковец", № 2, 1924) — "трагична судьба всякого истинного художника". В автопортретах Синезубова ощутимо подспудное и напряженное ожидание драмы, как бы стремление соответствовать "роли" художника в ее романтическом варианте. Заурядная внешность — и самоутверждение "в образе": ранние изображения (особенно недатированный холст из ГТГ, где видна и скованность формы, и даже анатомические ошибки) выражают это противоречие резче, нежели поздние (1927, Москва, частное собрание). Синезубов вырастает в мастера и одновременно учит мастерству. Увлекается Сезанном — и ориентирует на сезаннизм культурно еще неподготовленных рабфаковцев. Сезанн воспринят им во многом через "русских сезаннистов". Большое полотно "У фотографа" (1915-19, Ленинград, собрание С.А. Шустера) по композиции напоминает бубнововалетские "портреты-натюрморты". Гротескная застыл ость фигур позирующих дам — "черной" и "белой" — пародийно подчеркнута очертаниями вазы. Форсированы контуры, статичны формы — но яркие, как и полагается в игре, цвета, сгармонизированы, и тонкость "французского" колорита смягчает неопримитивистскую вывесочную жесткость постановки. Привлекая внимание критики, Синезубов, как правило, удостаивался похвал за красочные решения. Как живописца его отмечали Я. Тепин и Я. Тугендхольд. А. Сидоров, оценивая выставку "Маковца" (1924), писал о картинах Синезубова "вполне европейского уровня". Но уровень формировался нелегко, через толчки и зигзаги. Обозреватели выставок "Маковца" относили художника то к экспрессионистическому крылу общества, то к камерным реалистам. Колеблясь и пробуя разные способы выражения, он давал основания для того и для другого. Даже солидарно отмечаемое всеми пристрастие "к самоцветной краске" (это в глазах критики выделяло Синезубова из когорты "маковчан", склонных к цветовому аскетизму) не было абсолютным. "Портрет А.А. Чаброва" (1921, ГТГ), относящийся к лучшим работам художника, выполнен в нарочито "старинствующей" манере (с подмалевком и лессировками) и в строгой черно-белой гамме, оживленной единственным пятном кармина. Здесь Синезубов нашел "свою модель" — актера романтического склада, личность духовно одаренную: в образе есть предчувствие неожиданной и драматической судьбы героя.


Певица. 1918. Холст, масло. 93x66 см.

Государственный музей изобразительных искусств

Республики Татарстан

В 1922 году, сопровождая Первую международную выставку искусства Советской России (в составе которой были и его произведения), Синезубов приехал в Берлин. Устроившись на службу в полпредство, он провел здесь более года — изучал европейское искусство, работал: в основном занимался графикой. Он и прежде занимался ею интенсивно и серьезно: рисовал, делал акварели, печатал гравюры на линолеуме (они публиковались в журнале "Творчество" в 1919-20 гг.) и литографии, частично вошедшие в альбомы ("Пейзаж в литографиях современных художников", "Литографии № 4", "Nature morte — 1921"). В Берлине исполнен цикл бытовых натурных зарисовок, вышедший литографированным альбомом (Frauen und Kinder. Original Litografien von N.Sinezuboff. Berlin, Frirema-Verlag, 1923). Здесь же художник работает над иллюстрациями к "Двенадцати" А.Блока (тушь, акварель). Обращение к Блоку не случайно. Синезубов — автор последнего портрета поэта; карандашный набросок (май, 1920) жестко фиксирует измученное, постаревшее лицо. Листы к поэме, напротив, сделаны мягкой кистью, "плавями". В них есть станковая завершенность, картинная продуманность и красота — но эта красота внеположна стихийному и грозному духу блоковских стихов.


Мать. 1919. Холст, масло. 64x46 см.

Государственный Русский музей

Вернувшись в Москву, Синезубов попал к подготовке II выставки "Маковца" (1924). Его вступление в общество закрепляло сложившуюся принадлежность кругу. Он не имел прямого отношения к той линии, которую представляли В. Чекрыгин, С. Романович, И. Николаевцев — не искал опоры в мифологической образности и не обладал даром визионера. Но выставки "Маковца" объединяли разных художников, чья общность обнаруживалась поверх уровня стилистических и сюжетных пристрастий. Живопись Синезубова — колеблющаяся от экспрессионистского напора до замкнутого лиризма, то глубокая и камерная, то срывающаяся в "салон" — в лучших образцах отличалась предельно серьезным отношением к качеству, к формальной культуре, понимаемой не поверхностно. За этой живописью ощущалось проживание творческого акта как духовно наполненного процесса. Можно усмотреть здесь соответствие самым общим принципам философско-романтической программы общества "Маковец". Вторая половина 1920-х годов — последний различимый период биографии художника. Мастерство его растет; создаются картины, замечательные по чувству формы и цветовой свободе ("Купальщица на фоне леса", "Девушка у дома", "Женщина в красном" — все 1927, Москва, частное собрание) Графика экспонируется на сборных выставках ("Гравюра СССР за 10 лет", "Русский рисунок за 10 лет Октябрьской революции"); живопись, после раскола в "Маковце" (1926), — на выставках Общества московских художников (Синезубов переходит в это общество вместе с К. Зефировым, А. Фонвизиным, М. Родионовым и другими). И вдруг его имя резко исчезает из художественного обихода. В письме И.Э. Грабаря (июнь, 1929) встречается краткое упоминание о приезде Синезубова в Берлин — "...без копейки денег. И надеяться не на что. И приехал неизвестно для чего". Следующее, последнее из найденных, свидетельство — в письме М. Ларионова к А. Шевченко: из письма следует, что Синезубов обосновался в Париже и поддерживает связь с Ларионовым. Нет сведений об обстоятельствах, при которых он покинул Россию; нет сведений о последнем двадцатилетии его жизни и творчества. Остается надежда на то, что такие сведения появятся. Синезубов — один из наиболее значительных и вместе с тем неисследованных мастеров первой трети ХХ столетия. В своей художественной практике он опирался на культурное наследие прошлого в его реалистической традиции. Произведения Синезубова крайне просты по выбору мотива и глубоки в своей духовной сущности. Они отличаются сдержанной колористической гаммой и свободой исполнения. Как и все мастера объединения «Маковец», большое внимание уделял рисунку. Синезубов — художник яркого таланта и заслуживает полной биографии. Г. Ельшевская. Сто памятных дат. Художественный календарь на 1991 год. М., Советский художник, 1990.

Листая старые книги

Русские азбуки в картинках
Русские азбуки в картинках

Для просмотра и чтения книги нажмите на ее изображение, а затем на прямоугольник слева внизу. Также можно плавно перелистывать страницу, удерживая её левой кнопкой мышки.

Русские изящные издания
Русские изящные издания

Ваш прогноз

Ситуация на рынке антикварных книг?