Баннер

Сейчас на сайте

Сейчас 275 гостей онлайн

Ваше мнение

Самая дорогая книга России?
 

Агнивцев Н. В защиту трубочиста. Картинки Ивана Малютина.

М., Молодая гвардия, 1926. 12 с. с ил. Тираж 10000 экз. Цена 45 коп. В издательской литографированной обложке. 30х23 см.

 

 

 

 

 

 


В его работах для детей нередко ощущается налет грубоватой журнальной публицистики, но в них есть и несомненные достоинства: плакатная броскость, убедительный лаконизм композиционных построений. В иллюстрациях Ивана Малютина к книгам Н. Агнивцева происходит причудливое соединение языка агитационной графики с архаичными образами фольклора. Юный герой «Октябренка-постреленка» (1925) попадает в компанию персонажей народных сказок, невероятные приключения ожидают и детей из книги «В защиту трубочиста» (1926), без должного почтения относившихся к представителю почтенной пролетарской профессии. И угрюмый трубочист, и коварная Баба Яга явно теряются при общении с наглыми, самоуверенными подростками.

Владимир Маяковский, Иван Малютин,

Михаил Черемных - художники РОСТА

Малютин, Иван Андреевич (1891–1932)-русский художник-график. Работал в области сценографии, плаката, художественной графики. Входил в группировку московских футуристов «Бубновый Валет", основанную в 1910 г. Д. Бурлюком и М. Ларионовым. Участвовал в выставках «Общества независимых» (1910 – е гг.). Окончил Строгановское художественно-промышленное училище. Работал художником в журнале «Рампа и жизнь». С 1911 г. оформлял спектакли в Оперном театре С. Зимина (Театре Совета Рабочих депутатов). С 1918 г. - преподавал в Государственных свободных художественных мастерских (ВХУТЕИН). В 1919-1921 гг. один из ведущих художников «Окон сатиры РОСТА» в Москве. В 1919-1932 гг.- художник-карикатурист в сатирических журналах «Смехач», «Заноза», «Безбожник у станка», «Бегемот» и д. Графические работы И. Малютина хранятся в фондах Российской государственной Библиотеки (РГБ) в Москве.

1891 (или 1889) Родился в Балково, Тульская губерния.

1902-1911 Учится в Строгановском центральном художественно-промышленном училище у Н. Андреева.

1909 Сотрудник журнала «Рампа и жизнь».

С 1911 Оформляет спектакли в Оперном театре С. Зимина - Театре Совета Рабочих депутатов.

1918 Преподает в Государственных свободных художественных мастерских.

1919-1921 Один из ведущих художников «Окон сатиры РОСТА» в Москве.

1919-1932 Художник-карикатурист в сатирических журналах «Смехач», «Заноза», «Безбожник у станка», «Бегемот» и других.

1932 Умер в Москве. Комментарии: Произведения хранятся в Российской государственной библиотеке (РГБ), Москва.

В годы гражданской войны политический плакат и сатирический рисунок были реальным и действенным оружием в борьбе нового против старого. «Грозный смех»— это привычное определение как нельзя лучше подходит к сатирической графике этого времени. Не хватало бумаги, типографских красок, квалифицированных рабочих, но плакат был «приравнен к штыку» и, несмотря на неимоверные экономические трудности, печатался в первую очередь наряду с газетой. В таких условиях и возникла в Российском телеграфном агентстве в Москве в 1919 году счастливая мысль расширить политическую агитацию средствами изобразительного искусства путем устройства своеобразных регулярных «выставок» сатирических плакатов в витринах магазинов в центре города. Так возникли ставшие впоследствии легендарными «Окна сатиры РОСТА». «Окна» периодически выпускались в течение трех лет, с 1919 по 1921 год, и «душой» их были Владимир Маяковский, Михаил Черемных и Иван Малютин. «Окна» откликались оперативно на все события дня — бывало, что в неделю появлялось три выпуска. Применяя трафареты, «окна» стали вскоре распространять уже в десятках экземпляров, рассылая их по московским клубам и в провинцию. Это была живая, злая и веселая сатирическая «газета», которая просто и доходчиво комментировала главные события времени, громила белых, высмеивала слухи, страшившие обывателей, призывала бескорыстным трудом приблизить будущее. Каждое «окно»— это группа рисунков, последовательно раскрывающая суть актуального сюжета. В большинстве «окон» очевидны и общее стремление создать новый тип народной картинки, и вместе с тем индивидуальность каждого из ведущих художников «окон». Среди «окон», сочиненных Иваном Андреевичем Малютиным, мы встретим разработки самых различных сюжетов: от острокритических до патетических («Долой мешочников», «На польский фронт», «В здоровом теле — здоровый дух», «Да здравствует 8-й съезд Советов. Товарищи, собираемся на 8-й съезд»). В то же время художественные пристрастия мастера во всех его работах довольно определенны. Каждую тему художник решает убедительно и ярко. Стиль рисования Малютина, при его несомненной любви к рассказу, к запоминающейся детали, при этом весьма условен и обобщен. Такая декоративная выразительность решения позволила без особых художественных потерь тиражировать рисунок с помощью трафарета. Малютин использует опыт современного прочтения старой народной картинки, лубка, накопленный графиками еще в издании плакатов и лубков эпохи первой мировой войны. И он не стремится стилизовать известные образцы. Перекличка с народным творчеством — в простоте композиции, яркой декоративности цвета, в единстве текста и изображения. Малютин рисует намеренно угловато, неуклюже, цвет ложится контрастными декоративными плоскостями. Композиция, прежде всего, должна «остановить» прохожего, а затем уже раскрыть точно смысл события. Несомненно, что в ряде своих «окон» художник использует и опыт народных площадных театральных представлений — театра кукол, марионеток, балагана, например, в известной композиции «Последний баронишко».  Опыт «Окон сатиры РОСТА» Малютин в 1920-е годы принес и в советскую сатирическую журнальную графику. Его рисунки можно найти, перелистывая «Безбожник» и «Бич», «Красный перец» и «Смехач», «Лапоть» и «Чудак», то есть самые популярные юмористические издания той поры. Закономерно, что фамилию Малютина мы встречаем и в списке редколлегии «Крокодила» (порой он подписывал свои рисунки псевдонимом И.М. Мешакин).  Рассказывают, что, когда художник приносил работы в редакцию, их просмотр обычно сопровождался дружным взрывом смеха. Малютин умел «смешно» нарисовать стол, кошку, кепку, самовар. Все в его рисунке включалось в веселую изобразительную игру, хотя он и не был мастером развернутого занятного рассказа, каким, скажем, являлся К. Ротов. Юмор Малютина возникает как бы сам собой, путем незаметной ироничной деформации привычной формы, обыгрывания детали. При художественной условности решения — Малютин никогда не рисовал как заурядный комментатор фактов, — в его рисунках есть, несомненно, сильное и непосредственное чувство жизни, знание быта, понимание характеров. Это соединение непосредственности восприятия с любовью к стихии народного творчества и с пониманием современной живописной культуры есть и в лучших живописных произведениях мастера и, конечно, в его театральных работах. Наряду с графикой театр был его настоящей любовью. Лучшие декорации Малютина исполнены для оперы Зимина, а затем, после революции, для театра Московского Совета рабочих депутатов. И среди них оформление оперы М. Мусоргского «Борис Годунов» в постановке известного режиссера Ф. Комиссаржевского. В своих декорациях Малютин соединил мощь архитектурных построек Древней Руси с силой звучания цвета. В костюмах очевидно стремление дать характерные народные типы. Глубокое чувство традиционной русской народной жизни есть также в декорациях и костюмах к драме А. Островского «Гроза». Обе эти работы не раз показывались на ретроспективных выставках советского декорационного искусства.  "Художественный календарь 100 памятных дат", М., 1981 г.

Статья из сборника "Мастера советской карикатуры"

Редакторы юмористических журналов, как правило, не смеялись, принимая рисунки художников, а просто мрачно говорили: «Очень смешно. Пойдет». Но нет правил без исключения, и таким исключением и был Иван Андреевич Малютин. Редакторы — да, редакторы смеялись. Это утверждал Черемных, хорошо знавший и любивший Малютина. Они много работали вместе: и в «Окнах РОСТа», и в «Безбожнике», и в «Крокодиле». До этой их совместной работы Малютин был декоратором в частной опере купца Зимина. Зимин любил талантливого молодого художника; однажды взял его в Крым и всюду за собой таскал. Когда Малютина спрашивали:

— Ну, как в Крыму солнце? Светло? Тепло?

— Не знаю,— отвечал Малютин.— По-моему, и холодно, и темно, и сыро. (Зимин из винных погребов не вылезал.)

Как-то Малютин сделал декорации к опере, в которой должен был выступать Шаляпин. Шаляпину декорации Малютина не понравились. Несдержанный на язык, он сказал:

— Вот я вызову роту солдат, и пускай они эти декорации...

Малютин ответил:

— Вызывайте. Вам все равно придется в них петь.

Зимин принял сторону Малютина, и Шаляпин пел. После спектакля он сказал Малютину:

— А знаешь, говорят, что декорации очень эффектны.

— Это потому, что вы так великолепно пели, Федор Иванович! — ответил Малютин.

В жизни Малютин был остроумный, веселый и просто хороший человек, но и насмешник знаменитый. Как-то собрались гости. Напросился в компанию художников один актер, напыщенный и с «фасоном». Малютин очень уж за ним ухаживал, восторгаясь его талантом, о котором никто и понятия не имел. Беспрерывно произносил тосты за его здоровье, и в конце концов актер размяк в буквальном и в переносном смысле слова. Больше его не приглашали. Но на всех вечеринках красовался выразительный плакат Малютина «Кто сегодня будет Петей?» (так звали актера). Черемных восхищался ярким талантом Малютина и не стеснялся, как он говорил открыто, «драть с него». Правда, в РОСТе вообще все перенимали друг у друга. И только Иван Малютин никогда никому не подражал. В Москву приехали ленинградские художники. Они очень хвалили Черемныха. Тогда Михаил Михайлович спросил:

— А как вам нравится Малютин? Мы считаем его лучшим художником РОСТа.

— Да, конечно, он хороший художник, но уж очень он вам, товарищ Черемных, подражает.

И Черемных, посмотрев на улыбающегося Малютина, сказал:

— Ай, ай, ай! Ваня! Как же тебе не стыдно!

Малютин был вообще выдумщик и изобретатель. Например, он выдумал, как быстро и легко делать в рисунках зданий множество окон. И он «изобрел» самогонный аппарат, а после в Крокодил поступило письмо: «...передайте большую благодарность художнику Малютину. Мы сделали точно по его рисунку самогонный аппарат, и самогон получается хороший». Однажды в огромной ростинской мастерской Малютин и Черемных работали над очередными, как всегда, срочными плакатами. Входит Платон Михайлович Керженцев, руководитель РОСТа, с каким-то коренастым иностранцем. К приходу иностранцев художники привыкли. Они ходили толпами с переводчиками, и обычно Малютин показывал плакаты, а тут Керженцев оставляет иностранца одного и уходит. Иностранец начинает молча рассматривать плакаты. Черемных говорит:

— Ваня, давай показывай. Как-то неудобно.

Малютин с досадой бросает кисть и подходит к иностранцу:

— Вот это Ллойд-Джордж... Это Клемансо...

Иностранец ломаным языком повторяет:

— Клемансо, Клемансо.

Малютин скучным голосом продолжает рассказывать. Иностранец кивает головой. И вдруг Черемных с ужасом слышит, как Малютин начинает очень весело пересыпать свои объяснения крепкими словечками. Иностранец невозмутимо слушает.  Малютин входит в азарт. Черемных наконец не выдерживает:

— Ваня, перестань. А вдруг он понимает?

— Черта лысого он понимает! Сходи к Керженцеву. Некогда же! Пусть сам с ним возится.

Черемных идет к Керженцеву и говорит ему:

— Платон Михайлович, возьмите от нас эту иностранную чурку. Ну, невозможно же! Он все равно ничего не понимает!

— То есть, как не понимает?! Он же превосходно говорит по-русски.

Черемных вбегает в мастерскую, отводит в сторону Малютина и шепотом говорит ему:

— Ваня, он говорит по-русски!

Малютин бледнеет, потом краснеет и, махнув рукой, решительно подходит к иностранцу.

— Все равно вы, иностранцы, ни черта в нашем искусстве не понимаете!

— Ну как же не понимаем? Мы хорошо знаем ваше прекрасное искусство и в особенности эту великолепную наглядную агитацию,— почти без акцента говорит по-русски иностранец.

Расстались они друзьями. Это был Джон Рид. Н. А. ЧЕРЕМНЫХ

статья из сборника "Мастера советской карикатуры"

Иван Андреевич МАЛЮТИН

У меня дома, на стене, висит написанный маслом натюрморт. Не круглом столике красная краскотерка, напоминающая мясорубку, бидон с маслом, черная бутылке, несколько тюбиков и банка с крас¬кой. Фоном служит кусок холста. Натюрморт написан в стиле «Бубновый валет». Один известный московский график, увидев его, спросил у меня:

— Кончаловский?

— Нет, — говорю я.

— Машков?

— Нет.

— Лентулов?

— Нет.

— Кто же?

— Это Иван Малютин, Иван Андреевич, карикатурист.

— Не может быть, это же прекрасная живопись.

— Дак ведь он и был живописец, он же писал декорации в частной опере Зимина.

— Верно? То-то я смотрю, он такой широкий и живописный в своих карикатурах.

Я нарочно привел этот разговор, чтобы показать зрителю разносторонность этого мастера. Малютин родился в 1891 году в Тульской губернии, в семье крестьянина. Художественное образование получил в Москве, в Строгановском училище, которое окончил в 1911 году по классу Н. Андреева, автора знаменитой Ленинианы и памятников Н. В. Гоголю и А. Н. Островскому. В это время он начал сотрудничать в журнале «Рампа и жизнь» и одновременно писал декорации в опере Зимина. В декорациях Малютине приходилось петь Ф. И. Шаляпину. Малютин был высокого роста с огромными ручищами и добрым взглядом. Он любил добродушно подтрунивать над друзьями и пользовался всеобщей любовью. Но этот «добродушный» человек имел душу патриота и призвание публициста. Сразу после Великой Октябрьской революции Малютин вплотную занялся карикатурой. Он начал вместе с М. М. Черемныхом и В. В. Маяковским выпускать «Окна сатиры РОСТА». Технические условия, в которых развивался революционный плакат, меньше всего благоприятствовали его созданию. И тем не менее, именно в этих условиях было рождено новое искусство, питавшееся свежими сообщениями телеграфного бюллетеня. Это были плакаты, выполненные в одном экземпляре и выставленные в витринах магазинов. Маяковский говорил об этом «обслуживании вручную горстью художников стопятидесятимиллионного народища». Нина Александровна Черемных в своих воспоминаниях о И.А. Малютине пишет: «Черемных восхищался ярким талантом Малютина и не стеснялся, как он говорил открыто, «драть с него». Правда, в РОСТА вообще все перенимали друг у друга. И только Иван Малютин никому не подражал. В Москву приехали ленинградские художники. Они очень хвалили Черемныха. Тогда Михаил Иванович спросил:

— А как вам нравится Малютин? Мы считаем его лучшим художником РОСТА.

— Да, конечно, он хороший художник, но уж очень он вам, товарищ Черемных, подражает.

И Черемных, посмотрев на улыбающегося Малютина, сказал:

— Ай, ай, ай, Ваня как же тебе не стыдно!

Малютин был не просто карикатурист, он был истинный публицист по призванию. Он не смог оставаться в стороне от сегодняшнего дня и сегодняшних событий, он должен был откликнуться. И Малютин откликался ежедневно всю свою жизнь. Он сотрудничал в 20—30-х годах в журналах «Бов», «Бегемот», «Безбожник», «Бич», «Бузотер», «Заноза», «Красный перец», «Лапоть», «Смехач», «Гудок», «Крокодил». В «Крокодиле» он начал сотрудничать еще до выхода этого журнала в свет, в приложении к рабочей газете, из которого и возник «Крокодил». Умер художник в 1928 году. Предлагаемый альбом ознакомит читателя с деятельностью Ивана Андреевича Малютина как карикатуриста-крокодильца, как одного из лучших мастеров советской сатиры.

А. КРЫЛОВ. 1977

Листая старые книги

Русские азбуки в картинках
Русские азбуки в картинках

Для просмотра и чтения книги нажмите на ее изображение, а затем на прямоугольник слева внизу. Также можно плавно перелистывать страницу, удерживая её левой кнопкой мышки.

Русские изящные издания
Русские изящные издания

Ваш прогноз

Ситуация на рынке антикварных книг?