Баннер

Сейчас на сайте

Сейчас 367 гостей онлайн

Ваше мнение

Самая дорогая книга России?
 

[Виды самых интересных церемоний Коронации Императора Николая I и Императрицы Александры в Москве].

Graf H., Adam V. et M.M. L. Courtin. Vues des ceremonies les plus interessantes du Couronnement de Leurs Majestes Imperiales L’Empereur Nicolas I et L’Imperatrice Alexandra, a Moscou. Lithographies a Paris par M.M.L. Courtin et V. Adam, et imprimees par Engelmann et Co. Paris, imprimerie de Firmin Didot, 1828. С 14-ю литографированными рисунками Куртина и Адама. Париж, издание Фирмена Дидо, 1828. Формат: grand in folio, 72х56 см. Rare!

Виды самых интересных церемоний Коронации Императора Николая I и Императрицы Александры в Москве. Рисованы на местах лучшими художниками страны. Литографированы в Париже г. г[осподами] Л. Куртеном и В. Адамом и напечатаны Энгельманом и Компанией. Париж, типография Фирмена Дидо, королевского типографа, 1828. Литографированные издательские обложки, титульный лист, лист посвящения Генри Графа Высочайшим особам, 2 стр. описания всех литографий, 14 plts., 14 стр. текста. Формат: grand in folio, 72х56 см. Большая редкость!

Высочайше утвержденный Церемониал торжественного вшествия в первопрестольный град Москву и Священнейшего Коронования Его Императорского Величества Государя Императора Николая Павловича, Самодержца Всероссийского. Августа 22 Дня — Сентября 17 Дня 1826 года. Составитель: Верховный церемонимейстер граф Потоцкий. Спб., 1826, 20 стр. Экземпляр на тряпичной бумаге. В красном сафьяновом переплете, богато тисненом каратным золотом на крышках. Форзацы — белая мелованная муаровая бумага с разводами. Экземпляр из библиотеки Великого Князя Михаила Николаевича (1832-1909) с суперэкслибрисом на передней крышке и экслибрисом на переднем форзаце. Формат: 33х22 см.
Чин действия, каким образом совершилось Священное Коронование Его Императорского Величества Государя Императора Николая Павловича, Самодержца Всероссийского, по церковному чиноположению. Москва, в Синодальной типографии, 1826. 33, 16 стр. Помимо Чина вошли еще 3 речи церковных иерархов: Филарета, архиепископа Московского, Серафима, митрополита Новгородского и Санкт-Петербургского и Евгения, митрополита Киевского. Экземпляр на тряпичной бумаге. В мягких обложках эпохи. Формат: 15х24 см.

Библиографическое описание:
1. Верещагин В.А. Русские иллюстрированные издания, №618.
2. Антикварная книжная торговля Шибанова П.П. Ценные и редкие книги. Каталог №106, Москва, 1901, №93.
3. Каталог большей частью редких и замечательных русских книг В.Г. Готье. М., 1891,
№№9801-10300. Прибавление: №XVIII.
4. Lipperheide. Katalog der Kostumbibliothek. Berlin, 1901-1905, Vol. 2, №2786.
5. Vinet, №778. Adams pencil , always alert and well sharpened is shown here to full advantage.

В саму Коронацию вошли три таблицы планов (№№5,6 и 12) и 11 листов рисунков с французскими объяснительными подписями:
1. Depart de L.L. M.M. I.I. du Palais de Petrovsky Pour Moscou. Lithographie par Courtin, Fig. par V. Adam. Размер изображения: 53х35 см.
2. Proclamation sur les places publiques, a Moscou, pour announcer le Couronnement. Lithographie par Courtin, Fig. par V. Adam. Размер изображения: 52х35 см.
3. Cortege … Grand Duc Heutier et Grand Duchesse Helene. Cortege Emperatrice…I-XI.
Lithographie par Courtin, Fig. par V. Adam. Размер изображения: 54х35 см.
4. Courtege … XVI-XXVI Lithographie par V. Adam Размер изображения: 54х32 см.
5. Plan du Kremlin 1826.
6. Plan de la Cathedrale de L’Assomption.
7. Ceremonie de Couronnement. Lithographie par Courtin, Fig. par V. Adam. Размер вертикального изображения: 53х35 см.
8. Sortie de la Cathedrale Lithographie par Courtin, Fig. par V. Adam. Размер вертикального изображения: 53х35 см.
9. Retour de leur Majestes au Palais des anciens Tsars. Lithographie par Courtin, Fig. par V. Adam. Размер изображения: 53х35 см.
10. Insignes Imperiaux,Etendard de l’Empire, et Trones des ancetres de L’Empereur.
11. Fete & Repas donnes au people par L’Empereur. Lithographie par Courtin, Fig. par V. Adam. Размер изображения: 53х35 см.
12. Plan de la marche du cortege. Vue d’une des 240 tables dressees pour le people. Plan des constructions pour le jour de la fete du people.
13. Deputes des provinces-musulmanes-russes du Caucase. Lithographie par Courtin, Fig. par V. Adam. Размер изображения: 26х20 см.
14. Depart de L.L. M.M. Imperiales de Moscou. Lithographie par Courtin, Fig. par V. Adam. Размер изображения: 53х35 см.
Vign. Par G. Muller del. Размер изображения: 22х14 см.
1. Отъезд Императорской Фамилии из Петровского Дворца.
2. Возвещение о коронации герольдами.
3. и 4. Церемониальное шествие в Успенский собор.
5., 6. Планы Кремля, Успенского Собора и Кремлевской площади.
7. Церемония Коронации.
8. Выход процессии из Кафедрального собора.
9. Возвращение Императорской Фамилии во дворец.
10. Атрибуты Империи.
11. Народное празднество.
12. Планы торжеств.
13. Депутация русских мусульман с Кавказа.
14. Отъезд.

Российский Император Николай I (Николай Павлович Романов) родился 25 июня (6 июля) 1796 года в Царском Селе. Он был третьим из пятерых сыновей Императора Павла I и императрицы Марии Федоровны. Он рос отдельно от старших братьев Александра и Константина, родившихся чуть ли не на 20 лет раньше. Поскольку наследником считался Александр, а его преемником — Константин, то младших братьев (Николая и Михаила) не готовили к престолу и на их образование в этом плане внимания не обращали. Сразу после рождения великий князь Николай Павлович был записан на военную службу. С 7 ноября 1796 года — он уже полковник, шеф лейб-гвардии Конного полка. 28 мая 1800 года мальчик назначен шефом лейб-гвардии Измайловского полка, и с тех пор носил только измайловский мундир. С детских лет образование и воспитание Николая было чисто домашнее с военным уклоном. С 1803 года воспитателем Великого Князя Николая Павловича стал немецкий генерал М.И. Ламздорф — человек суровый и жестокий.
Естественно, он любил дисциплину и порядок и эти качества постарался передать своему воспитаннику. 27 ноября 1825 года в Петербурге было получено из Таганрога известие о внезапной кончине Императора Александра I. Петербургский генерал-губернатор граф М.А. Милорадович настоял на проведении присяги Императору Константину, как законному наследнику, так как никому не было известно о его отречении от престола. Николай, опасаясь протеста гвардейского офицерства, присягнул первым, его примеру последовали высокопоставленные генералы и гвардия. Сенат, войска и население также были немедленно приведены к присяге Императору Константину I. Николай Павлович уговорил членов Государственного совета присягнуть на верность Константину. Но сам Великий Князь Константин Павлович, наместник в Польше, повторно подтвердил свой отказ от наследования и присягнул в Варшаве на верность брату Николаю, привел к присяге ему все Царство Польское. Вместе с тем, он не выехал в Петербург, а подтвердил свое отречение в письмах к Николаю и матери — вдовствующей Императрице Марии Федоровне. Николай настаивал, чтобы Константин занял престол, но 6 декабря 1825 г. получил письмо брата с новым решительным отказом. Пока шла переписка между Николаем и Константином, существовало фактическое междуцарствие, продолжавшееся 22 дня. Этим воспользовались офицеры-гвардейцы для агитации против воцарения Николая, утверждавшие, что Константин не отрекся и надо быть верным присяге ему. Только 12 (24) декабря 1825 г. Николай принял решение объявить себя Императором. Вечером 13 декабря Государственный совет присягнул Императору Николаю I, а утром 14 декабря присягу принесли другие высшие государственные учреждения. В этот же день Николай издал манифест о своём вступлении на престол, указав, что де-юре началом его царствования считается кончина Александра I 19 ноября (1 декабря) 1825 года. Первый же день царствования Николая был ознаменован трагическими событиями на Сенатской площади в Петербурге, где произошло восстание нескольких воинских частей под предводительством членов тайного общества, позднее известного как «декабристы». В день обнародования Манифеста о восшествии на престол Николая I (14 декабря), когда гвардия должна была принести ему присягу, на Сенатской площади с оружием в руках собрались отказавшиеся присягнуть Николаю Павловичу лейб-гвардии Московский, лейб-гвардии Гренадерский полки и Гвардейский флотский экипаж. Николай Павлович лично руководил подавлением восстания, хотя и не был уверен в успехе. Еще 12 декабря он получил известие о раскрытии заговора в Южной армии на Украине и сознавал, что в эти два-три дня решится его участь — быть ему императором России или оказаться низложенным. «Четырнадцатого числа, — писал он П.М. Волконскому, — я буду государь или мертв». Судьба Николая висела на волоске, но он сумел подавить восстание, проявив решительность и беспощадность. Он неоднократно пытался вступить с восставшими в переговоры, чтобы убедить их подчиниться закону. Но, видя безрезультатность уговоров, в ходе которых был смертельно ранен генерал-губернатор граф Милорадович и убит командир Гренадерского полка полковник Штурлер, он приказал открыть по мятежникам артиллерийский огонь. Порядок в столице был восстановлен. Россия присягнула Николаю I. Бунт был подавлен, суд приговорил к смертной казни 36 человек, но государь помиловал большинство из них, и 13 июля 1826 года казнены были только пятеро: Пестель, Рылеев, Каховский, Бестужев-Рюмин и Сергей Муравьев-Апостол. Восстание декабристов оставило глубокий след в душе Императора и вселило в него боязнь к любым проявлениям свободомыслия. Он был твердо уверен, что спас Россию от неминуемой гибели. После подавления мятежа Николай I усилил военно-бюрократический аппарат, централизовал административную систему, учредил политическую полицию (Третье отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии), установил жесткую цензуру. Николай I, прибыл в Москву на коронацию 21 июля 1826 года. Думы и чувства, вызываемые коронацией, как выражено в официальном описании Св. Коронования Императрицы Елизаветы Петровны (1744), «рождаются из прошедшего и сказываются в настоящем», а потому необходимо представить то внутреннее государственное наследство, которое получил новый Император, и при этом вспомнить ту мудрость, с которой он отнесся к этому наследству, чтобы лучше постигнуть и смысл, и дух, и силу всенародного общественного впечатления от его коронации. Славу Екатерининского царствования создали орлы гнезда Петрова, который, по словам А.С. Пушкина:
Не презирал страны родной,
Он знал ее предназначение.

Его школа была крепко связана со своим отечеством, с его вековой историей, с его православным духом. При Александре I на сцену русской истории явилось поколение иной школы и иного закала; деятели этой эпохи, пропитанные духом вольтерьянства, утратили не только историческую самодержавную идею, создавшую необъятное великое царство, но даже понятие и о самих себе, как русских людях. Революционный дух в конце этого царствования широко разлился в высших классах и организовался в тайные общества, направленные к низвержению исторического государственного порядка. Накануне торжественного дня коронования Его Императорского Величества по всей Москве отправлено было пополудни в четыре часа молебствие со звоном, а вечером состоялось всенощное бдение: Их Императорские Величества с Высочайшей Фамилией изволили слушать оное у Спаса за Золотой решеткой. В самый день Коронования, в который сделан был с площади и бастионов сигнал из 21 пушки, начался благовест в половине восьмого утра в большой колокол, потом в другие поменьше перебором, как обыкновенно бывает для крестного хода. В это время члены Синода и преосвященные Архиереи с прочим Духовенством, собравшись в Соборную Великую Церковь, отправили молебен о здравии Его Императорского Величества. Итак, 22 августа 1826 года в Успенском соборе Московского Кремля состоялась коронация Императора Николая I и его супруги императрицы Александры Федоровны. При торжественном выходе императорской четы пред вратами Успенского Собора, московский архиепископ Филарет приветствовал Государя словами, разъяснявшими глубокий смысл церковно-государственного торжества. «Наконец, ожидание России совершается!» — говорил он с придыханием. Эти короткие слова растрогали Императора до глубины души, и на ресницах Его показались слезы. Во время самого коронования, приступая к чтению царской молитвы о ниспослании свыше мудрости для достойного прохождения своего высокого служения России, он, в порфире, окруженный всем блеском земной славы и величия, повергся на колени и прочел молитву, без книги, наизусть, с глубоким чувством, громко и внятно. Затем всю литургию слушал в благоговейном смирении перед величием Царя царствующих, ни разу не надевая на себя своей короны, как знака земного величия. По миропомазании и приобщения святых тайн Новгородским митрополитом Серафимом, Ему преподнесен был для целования тот самый крест, который был на Государе Петре Великом в день славной Полтавской битвы. Традиционный для русских царей ритуал «венчания на царство» сопровождался чином миропомазания, «в котором сообщалась благодать Святого Духа для укрепления ответственности монархов в выполнении ими высшего служения на земле». «Войди, Богоизбранный и Богом унаследованный Государь Император! Знамениями величества облеки свойства истинного величества. Помазание от Святого да запечатлеет все сие освящением внутренним и очевидным, долгоденственным и вечным!» Николай стал 11-м Императором Всероссийским. Особый церковный ритуал коронования монарха и пышные коронационные торжества, традиционно проходившие в Москве, запечатлели лучшие художники разных стран. В 1828 году в Париже в известной литографической мастерской Дидо был выпущен альбом с видами наиболее занимательных церемоний коронации российского монарха. Альбом был составлен Генри Графом, оформлен искусными парижскими художниками М.М.Л. Куртэном и В. Адамом. После выпуска альбом Императора Николая I был торжественно подарен монархам Германии, Франции и Англии, присутствовавшим на церемонии коронации. По воспоминаниям очевидцев можно судить о том, каким необыкновенным торжеством был обряд венчания на царство и какой подъем духа вызывал в каждом: «Император после своего Священного Коронования проследовал из Успенского собора, обойдя соборы Архангельский и Благовещенский, к Красному крыльцу. Взошедши на верхнюю ступень крыльца и поклонившись на все три стороны, Государь обратился лицом к необозримой массе народа, наполнявшей весь Кремль, и троекратным наклонением головы приветствовал своих верноподданных. Восторг народа в эту минуту положительно не знал границ; толпа шумно волновалась; незнакомые между собою люди обнимались и многие плакали от избытка радости... Этот акт напоминал собой обычай греческих (византийских) императоров после коронования с возвышенного места являться перед лицом народа. Коронационные медали, которые раздавались перед торжественным обедом в Грановитой палате. Существенно отличались от медалей XVIII века. С одной стороны значилось профильное изображение Императора Николая Павловича, а с другой — эмблема Закона, с надписью: «Залог блаженства всех и каждого». Присутствие на коронации Великого Князя Константина Павловича, по словам даже иностранца герцога Рагузского, имело огромное значение в Москве. Отказ Цесаревича от престола, хранившийся в тайне, был причиной многих недоразумений. Теперь же особенно трогательна и вразумительна была минута, когда приветствуя своего нововенчанного брата, Константин Павлович хотел поцеловать его руку, но тот отклонил ее и любовно облобызал его. Вечером в День Священной Коронации (да и последующие два дня) вся Москва была великолепно освещена. Иллюминация своим величественным блеском поражала не только русских, но и иностранцев. Все башни Кремля горели ярким пламенем; зубцы стен были обвиты огненными полосами и казались унизанными бриллиантами. Колокольня Ивана Великого, освещенная разноцветными огнями и осененная короной и Крестом, возвышалась к небу гигантским пламенным столбом… Бесконечное море огней, разлитое по Москве, представляло нечто волшебное. Некоторые из иностранцев ездили даже на Воробьевы горы, чтобы оттуда любоваться этой интересной картиной. Милостивым манифестом при коронации были прощены преступники, осужденные при прежних царствованиях, и отчасти смягчена участь некоторых из декабристов; прощены недоимки и пени, сделаны облегчения в платежах по ссудам из казны; уменьшен гербовый сбор с паспортов и прощены оштрафованные офицеры и чиновники. Вместе с тем был обнародаван манифест о порядке престонаследия на случай кончины Императора до совершеннолетия Наследника Цесаревича. Коронация эта соединялась с торжествами военными; так 15 и 16 августа происходили большие маневры, а 3 сентября был дан смотр войскам и затем военный обед в Манеже, организованный Московским купечеством. Балы, спектакли, праздничные обеды и ужины следовали один за другим. Особенно удались балы князя Н.Б. Юсупова и графини Орловой-Чесменской. Народный праздник происходил на Девичьем поле, где в самой середине возвышался нарядный павильон для Царской фамилии, а от него простирались четыре галереи на красивых колоннах для особ первых трех классов и дипкорпуса, и затем еще три галереи — для высших военных чинов. Места для зрителей устроены были антрепренерами на 5 тысяч человек. Для народа раскинуто было 250 столов длиной в 10 аршин каждый. Вместо жаренных быков теперь на столах появились жаренные бараны, также с позолоченными рогами на огромных блюдах, покрытых красной камкой; между ними красовались громадные горшки с розами из кондитерского крема. Кроме березок, раскинутых по всему полю, с висевшими на них яблоками, каждый стол убран был молодыми дубками — также с фруктами на ветвях лучшего качества. Громадные корзины, окрашенные в самые яркие цвета, вмещали в себя горы калачей. Кроме водки и пива, целыми ведрами расставленные по столам, организовали два громадных фонтана и 16 небольших, по которым струились белые и красные вина. Праздник удался как нельзя лучше. Прекрасная погода, веселость Императорской четы, полная раскрепощенность присутствовавших гостей, народные игры и забавы много содействовали незабываемому впечатлению от этого праздника. Верховный церемонимейстер граф Потоцкий составил следующее расписание дней празднеств в Москве по случаю коронования:
1-й день. Августа 22. Коронование.
2-й день. Августа 23. Обеденный стол для Духовенства и первых двух классов обоего пола особ.
3-й день. Августа 24. Представление I-е утром: Синод, Совет, Сенат и чужестранные министры. Вечером: Дамы в 7 часов.
4-й день. Августа 25. Отдых.
5-й день. Августа 26. Представление II-е. Военные. Придворные. Чины первых четырех классов. Предводители Губернского дворянства. Головы купечества губернских городов и особы, имеющие приезд ко Двору.
6-й день. Августа 27. По утру представление у Ее Величества Государыни Императрицы Марии Феодоровны. Вечером бал в Грановитой Палате.
7-й день. Августа 28 — 10-й день. Августа 31. Отдых.
11-й день. Сентября 1. Маскерад в театре.
12-й день. Сентября 2. Отдых.
13-й день. Сентября 3. Обед от купечества.
14-й день. Сентября 4 — 15-й день. Сентября 5. Отдых.
16-й день. Сентября 6. Бал в Благородном Собрании от Дворянства.
17-й день. Сентября 7. Отдых.
18-й день. Сентября 8. Бал у Герцога Рагузского.
19-й день. Сентября 9. Отдых.
20-й день. Сентября 10. Бал у Герцога Девонширского.
21-й день. Сентября 11. Отдых.
22-день. Сентября 12. Бал у князя Юсупова
23-й день. Сентября 13. Столы и увеселение для народа.
24-й день. Сентября 14 — 25-й день. Сентября 15. Отдых.
26-й день. Сентября 16. Бал у графини Орловой-Чесменской.
27-день. Сентября 17. Фейерверк.
Это по плану. Но на самом деле 23 сентября 1826 года блестящие празднества, почти беспрерывно следовавшие за Коронацией, завершились великолепным фейерверком. Кроме картин, поражавших искусством пиротехники, были и такие, которые указывали на внутренний исторический смысл коронации. Так, например, после извержения марсова огня, пробежавшего в виде метеора вдоль всей декорации, глазам зрителя представились «Триумфальные ворота» с надписью: «Успокоителю Отечества Николаю Первому». В Троице — Сергиевой лавре, куда, по обычаю предков, отправился коронованный Государь со всей августейшей фамилией, Николай I провел 2 дня: прикладывался к мощам преподобного Сергия, слушал литургию, обозревал богатую ризницу и сокровищницу, другие достопамятности, посетил Духовную Академию, обедал у архиепископа Филарета, который, между прочим, показал Государю собственноручное письмо покойного отца его, Императора Павла I, коим извещал он своего наставника Платона о великой своей радости — рождении сына Николая. Государь, с умилением прочитав это письмо, поцеловал его и показал Императрице Марии Феодоровне, которая долго держала его в своих руках со слезами радости.
Из «Русской Старины». По внезапной кончине в г. Таганроге на 48-м году от рождения Государя Императора Александра I Павловича «Благословенного», свершившейся 19 ноября (2 декабря) 1825 года и возникшего после столь печального события затруднения в вопросе о престолонаследии, 27 ноября (10 декабря) 1825 года состоялось принятие государственными служащими и военными присяги наследнику Цесаревичу и Великому Князю Константину Павловичу (1779-1825). Однако еще 14 (27) января 1822 года Наследник и Цесаревич Константин Павлович, будучи с 20 марта (2 апреля) 1820 года разведенным и вступившем 12 (25) мая 1820 года в морганатическом брак с католичкой Иоанной Антоновной Грудзинской (1795-1831), Княгиней Лович, написал письмо к старшему Августейшему брату и Императору Александру I Павловичу «Благословенному» с прошением об отречении от престола Всероссийского. Император по канонам церковным и Закону о престолонаследии принял отречение младшего Августейшего брата своего и 16 (29) августа 1823 года подписал Высочайший Манифест, в котором, принимая отречение Великого Князя Константина Павловича, назначил Наследником Всероссийского престола следующего за ним Августейшего младшего брата своего, Великого Князя Николая Павловича (1796-1855). Дабы не вызывать в русском обществе прежде времени волнения, Государь запечатал Манифест в специальный конверт и сдал его хранение Архиепискому Московскому и Коломенскому Филарету (Дроздову) (1783-1867), будущему Митрополиту Московскому и Андреевскому кавалеру, с Высочайшим указанием немедленно вскрыть его после кончины Императора, когда на то будет воля Божия. Запечатанные копии Высочайшего Манифеста хранились в Государственном Совете, Сенате и Синоде. По кончине Императора Александра I Павловича «Благословенного» возник краткий период междуцарствия, поскольку Наследник и Цесаревич Николай Павлович дважды просил Великого Князя Константина Павловича прибыть в Санкт-Петербург и подтвердить свое отречение. Возникшим недоразумением воспользовались извечные враги Церкви Христовой и Самодержавной Монархии масоны, которые в лице части дворянства и офицерства, подвигли на государственное преступление своих подчиненных солдат и те 14 (27) декабря 1825 года выступили против Бога, Царя и Отечества известным бунтом на Сенатской площади, вызвавшем кровопролитие. 29 декабря 1825 года (11 января 1826 года) восстал Черниговский полк, вскоре принужденный ответными решительными действиями Императора к повиновению.10 (23) июня 1826 года Государь издает Новый устав о цензуре.Третьего (16) июля 1826 года Государь высочайше учреждает III отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии. 13 (26) июля 1826 года свершается заслуженная казнь главных заговорщиков, прозванных в истории «декабристами», которые под вымышленными благими намерениями открыто выступили организаторами кровавого бунта против Церкви, Царя и Отечества. Бесчестной смертью через повешение завершили свой земной путь, упав в бездну ада П.И. Пестель, С.И. Муравьев-Апостол, М.П. Бестужев-Рюмин, П.Г. Каховский и К.Ф. Рылеев. Помимо этого, 68 человек были лишены чинов, званий и состояний и сосланы были на каторгу в Сибирь, 19 человек отправлены в Сибирь на поселение, 9 офицеров разжалованы в солдаты и около 200 солдат подвергнуты были телесным наказаниям. Все вышеназванные обстоятельства стали причиною отсрочки Священного Таинства Венчания на Царство Русское и Коронование Императора Николая I Павловича более чем на три месяца, после полугодового траура по почившему Императору Александру I Павловичу «Благословенному». А потому вместо 20 мая (2 июня) 1826 года, торжественное, радостное и долгожданное событие состоялось только 22 августа (4 сентября) 1826 года, в светлый День почитания чудотворной «Грузинской» иконы Божией Матери. Новым скорбным поводом для отложения Торжества Венчания на Царство стала преждевременная кончина четвертого (17) мая 1826 года на 48-м году от рождения в г. Белеве Тульской губернии Вдовствующей Государыни Императрицы Елизаветы Алексеевны (1779-1826), Венценосной супруги почившего Императора Александра I Павловича «Благословенного». В Российской Империи тотчас объявлен был трехмесячный траур по почившей Государыне, что также стало причиной отложения торжества Венчания на Царство. Государь Император Николай I Павлович вместе с двумя Императрицами: Венценосной матушкой своей, Вдовствующей Государыней Марией I Феодоровной (1759-1828) и с Венценосной супругою своею Государыней Императрицей Александрой I Феодоровной (1798-1860), прибыл 21-го июля (3 августа) в Москву и остановился в Петровском Дворце, где встречен был придворным духовенством в облачении с Крестом и Святою водою. 25-го июля (7 августа) происходил торжественный въезд Государя и двух Императриц в Москву. При вступлении Государя в Успенский собор Московского Кремля произведено было 85 выстрелов. Эта минута вышла, по словам одного из очевидцев, чрезвычайно торжественною. Необозримые волны народной толпы колыхались и запружали все площади и улицы Кремля. На высоких амфитеатрах, выстроенных против Грановитой палаты и Успенского собора, пестрели разнообразные и изящные туалеты дам, русские и иностранные военные и гражданские мундиры и народные костюмы. Радостные крики ура слились в один оглушительный гул с пушечными выстрелами, колокольным звоном со всех кремлевских соборов и церквей, грохотом барабанов и звуками нескольких хоров военной музыки. Коронация совершилась 22-го августа по обыкновенному и известному уже церковному чину. В Священослужении первенствовал Митрополит Санкт-Петербургский и Новгородский Серафим (Глаголевский) (1763-1843), вторым по нем состоял Митрополит Киевский и Галицкий Евгений (Болховитинов) (1763-1837). Оба — Андреевские кавалеры. Как проповедник, говоривший речь при Короновании, по предварительному назначению Самого Государя, выделялся Филарет (Дроздов), тогда еще молодой Архиепископ Московский. 22-го августа 4 сентября) 1826 года Николай I короновался на Царство с Августейшей супругой своей Императрицей Александрой I Феодоровной. В Успенском соборе Московского Кремля Император восседал на алмазном троне Царя Алексия I Михайловича (1629-1676), Императрица же на золотом троне Царя Михаила I Феодоровича (1596-1645). Священное Миропомазание совершалось из крабийцы Римского Цезаря Августа, и Государь целовал Крест, бывшем на первом Императоре Всероссийском Петре I Алексеевиче (1672-1725) во время знаменитой Полтавской битвы 1709 года и, по уверениям очевидцев, защитивший его от шведской пули. При Священной Коронации присутствовал также старший Августейший брат Императора Николая I Павловича, Великий Князь Константин Павлович, отрекшийся от престола Всероссийского в пользу Венчавшегося на Царство Государя. Когда Великий Князь Константин, поздравляя Царя, хотел поцеловать у Него руку, то Император со слезами на глазах обнял Августейшего брата и троекратно облобызал его. В Священном чине Коронования Императора Николая I Павловича можно отметить разве самые незначительные особенности. Так, например, при возложении Императором Короны на Императрицу Он поцеловал свою Венчанную супругу. Присутствовавшая при обряде Вдовствующая Императрица, непосредственно после Коронования, подошла к своему Коронованному Августейшему сыну, обняла и поцеловала Его. Следует упомянуть как об особенности Коронования Императора Николая I Павловича о том, что Он при своем Короновании читал известную умилительную молитву не по книге, где напечатан весь чин Коронования; для Него молитва предварительно напечатана была крупнейшим шрифтом на толстом листе бумаги, который потом переплетен был в виде книжки и обложен в светло-зеленый бархат. Едва ли не единственный, бывший в употреблении при Коронации, экземпляр этой особо изданной Императорской молитвы хранится в Санкт-Петербурге, в Императорской публичной библиотеке. По рассказам очевидцев, Император Николай I Павлович возбудил особенный восторг народа следующим своим, в сущности обыкновенным поступком. Император, после Своего Коронования, проследовал, под великолепным балдахином и облеченный во все Императорские регалии, из Успенского собора в Благовещенский собор Кремля, а отсюда к Красному крыльцу. Взошедши на верхнюю ступень крыльца, Государь обратился лицом к необозримой массе народа, наполнявшей весь Московский Кремль, и троекратным наклонением головы приветствовал своих верноподданных. Восторг народа в эту минуту положительно не знал границ; громкие неумолкаемые крики огласили воздух; толпа шумно волновалась; незнакомые между собою люди обнимались и многие плакали от избытка радости! Вечером в Светлый День Коронации вся Москва была великолепно освещена, в особенности величественный Московский Кремль. Все оригинальные башни его горели ярким пламенем; зубцы стен были обвиты огненными полосами, а по оградам его широкие узорчатые каймы сверкали замечательным блеском. Колокольня Ивана Великого, освещенная разноцветными огнями снизу до верха и осененная Короной и Крестом, возвышалась к небу гигантским пламенным столбом. Иллюминация повторена была и в следующие два дня после Коронации. Вечером 27-го августа (9 сентября) 1826 года дан был бал в Грановитой палате Московского Кремля, на котором присутствовали первые чины Двора и иностранные послы. Первого (14) сентября 1826 года в Большом театре устроен был придворный маскарад. Третьего (16) сентября Московское купечество давало бал Государю. Точно также в честь Императора даны были роскошные балы французским и английским послами. Наконец, 16 (29) сентября 1826 года дан был народный праздник. Местом для народного угощения и увеселений было избрано обширное Девичье поле, окаймленное живописными Воробьевыми горами и возведен круглый, роскошно убранный, павильон для Императорской Фамилии со стеклами и камином. В некотором расстоянии от него были устроены: четыре галереи с колоннами для особ первых трех классов и дипломатического корпуса; три галереи для военных штаб и обер-офицеров, четыре частные галереи для пяти тысяч человек, манеж, два большие фонтана с вином, две катальные горы, балаган для акробатов, балаган для гимнастических игр, несколько павильонов для хоров музыкантов, карусель, разные качели, эстрада для пускания трех воздушных шаров и, наконец, 240 столов, длинною в десять саженей каждый, покрытых скатертями и красиво убранных, унизанных яблоками, березками и разноцветными корзинками с калачами. На каждый стол поставлены были окорока, жаренные птицы, студни, кондитерское пирожное в виде горшков с розами, целые жаренные бараны с золоченными рогами, уложенные на блюдах, покрытых красною камкой; ведра с пивом и водкой; дубчики со сливами, грушами и яблоками. Император сам открыл народный праздник, прибыв на Девичье поле в первом часу. Здесь Он пробыл около полутора часа. Как только Государь с обеими Императрицами вышел в павильон, взвился белый флаг и праздник начался. По рассказам очевидцев, народ, подобно морским волнам, гонимым ветром, хлынул к столам, на которых в одно мгновение не осталось ничего из поставленных на них яств. От столов народные толпы бросились к фонтанам, бившим белою и красною влагою. Фонтаны скоро скрылись под облепившим их народом и один за другим разрушались. Упавши в развалины, вытесняя один другого, иные черпали вино шляпами. Весельчаки гуляли по полю, таща с собою кто курицу, кто ногу барана, а кто ножку стола. По отъезде Императора, подгулявший народ набросился на ложи зрителей и начал обдирать красный холст. Число участвовавшего народа простиралось до двухсот тысяч человек. Вообще, народный праздник на Девичьем поле, при прекрасной обстановке самого места и особенно при прекрасной погоде удался вполне и представлял собою единственное в своем роде зрелище. Ряд балов, данных в Москве по случаю Коронации, заключился балом, устроенным Графинею Анной Алексеевной Орловой-Чесменскою (1758-1848), который своим великолепием и грандиозностью превзошел все прочие балы. 23-го сентября (6 октября) 1826 года блестящие празднества, почти беспрерывно следовавшие за Коронацией, заключились великолепным фейерверком. День Своего Коронования Император Николай I Павлович, по примеру Своих Августейших предшественников, ознаменовал многими милостями. Кроме того, что в этот День последовали разные повышения в чинах и назначениях, имеющие более или менее частный, ограниченный известным незначительным кругом людей, характер, в это время дарованы были разные льготы и для массы народа. В день своей коронации Николай I Павлович в Своих милостях коснулся всех сословий и слоев российского общества. Двумя Своими Указами Император несколько смягчил наказания государственным преступникам, осужденным приговорами Верховного уголовного суда в каторжную работу и к ссылке на поселение, или сосланным по приговору того же самого суда в крепостную работу и в отдаленные гарнизоны. Благодаря этим Высочайшим Манифестам, многие из «декабристов» получили смягчение в наложенных на них наказаниях. В День Своего Коронования Император Николай I Павлович издал Высочайший Манифест о порядке наследия Всероссийского престола, на случай Своей кончины до законного совершеннолетия Августейшего наследника, Цесаревича и Великого Князя Александра Николаевича (1818-1881), которому в ту пору шел девятый год от рождения. Тогда же Государь Император Высочайше учредил особое Министерство Двора и уделов, первым Министром которого назначен был Князь и Андреевский кавалер Петр Михайлович Волконский (1776-1852), ставший также заведующим Императорским кабинетом. Эти должности с 1834 года Светлейший Князь Волконский занимал до самой своей кончины. С незначительными сокращениями печатается по журналу «Русская старина», Санкт-Петербург , 1883, Т. 37, №3 (март).

 

 

Российский Император Николай I (Николай Павлович Романов) родился 25 июня (6 июля) 1796 года в Царском Селе. Он был третьим из пятерых сыновей Императора Павла I и императрицы Марии Федоровны. Он рос отдельно от старших братьев Александра и Константина, родившихся чуть ли не на 20 лет раньше. Поскольку наследником считался Александр, а его преемником — Константин, то младших братьев (Николая и Михаила) не готовили к престолу и на их образование в этом плане внимания не обращали. Сразу после рождения великий князь Николай Павлович был записан на военную службу. С 7 ноября 1796 года — он уже полковник, шеф лейб-гвардии Конного полка. 28 мая 1800 года мальчик назначен шефом лейб-гвардии Измайловского полка, и с тех пор носил только измайловский мундир. С детских лет образование и воспитание Николая было чисто домашнее с военным уклоном. С 1803 года воспитателем Великого Князя Николая Павловича стал немецкий генерал М.И. Ламздорф — человек суровый и жестокий.
Естественно, он любил дисциплину и порядок и эти качества постарался передать своему воспитаннику. 27 ноября 1825 года в Петербурге было получено из Таганрога известие о внезапной кончине Императора Александра I. Петербургский генерал-губернатор граф М.А. Милорадович настоял на проведении присяги Императору Константину, как законному наследнику, так как никому не было известно о его отречении от престола. Николай, опасаясь протеста гвардейского офицерства, присягнул первым, его примеру последовали высокопоставленные генералы и гвардия. Сенат, войска и население также были немедленно приведены к присяге Императору Константину I. Николай Павлович уговорил членов Государственного совета присягнуть на верность Константину. Но сам Великий Князь Константин Павлович, наместник в Польше, повторно подтвердил свой отказ от наследования и присягнул в Варшаве на верность брату Николаю, привел к присяге ему все Царство Польское. Вместе с тем, он не выехал в Петербург, а подтвердил свое отречение в письмах к Николаю и матери — вдовствующей Императрице Марии Федоровне. Николай настаивал, чтобы Константин занял престол, но 6 декабря 1825 г. получил письмо брата с новым решительным отказом. Пока шла переписка между Николаем и Константином, существовало фактическое междуцарствие, продолжавшееся 22 дня. Этим воспользовались офицеры-гвардейцы для агитации против воцарения Николая, утверждавшие, что Константин не отрекся и надо быть верным присяге ему. Только 12 (24) декабря 1825 г. Николай принял решение объявить себя Императором. Вечером 13 декабря Государственный совет присягнул Императору Николаю I, а утром 14 декабря присягу принесли другие высшие государственные учреждения. В этот же день Николай издал манифест о своём вступлении на престол, указав, что де-юре началом его царствования считается кончина Александра I 19 ноября (1 декабря) 1825 года. Первый же день царствования Николая был ознаменован трагическими событиями на Сенатской площади в Петербурге, где произошло восстание нескольких воинских частей под предводительством членов тайного общества, позднее известного как «декабристы». В день обнародования Манифеста о восшествии на престол Николая I (14 декабря), когда гвардия должна была принести ему присягу, на Сенатской площади с оружием в руках собрались отказавшиеся присягнуть Николаю Павловичу лейб-гвардии Московский, лейб-гвардии Гренадерский полки и Гвардейский флотский экипаж. Николай Павлович лично руководил подавлением восстания, хотя и не был уверен в успехе. Еще 12 декабря он получил известие о раскрытии заговора в Южной армии на Украине и сознавал, что в эти два-три дня решится его участь — быть ему императором России или оказаться низложенным. «Четырнадцатого числа, — писал он П.М. Волконскому, — я буду государь или мертв». Судьба Николая висела на волоске, но он сумел подавить восстание, проявив решительность и беспощадность. Он неоднократно пытался вступить с восставшими в переговоры, чтобы убедить их подчиниться закону. Но, видя безрезультатность уговоров, в ходе которых был смертельно ранен генерал-губернатор граф Милорадович и убит командир Гренадерского полка полковник Штурлер, он приказал открыть по мятежникам артиллерийский огонь. Порядок в столице был восстановлен. Россия присягнула Николаю I. Бунт был подавлен, суд приговорил к смертной казни 36 человек, но государь помиловал большинство из них, и 13 июля 1826 года казнены были только пятеро: Пестель, Рылеев, Каховский, Бестужев-Рюмин и Сергей Муравьев-Апостол. Восстание декабристов оставило глубокий след в душе Императора и вселило в него боязнь к любым проявлениям свободомыслия. Он был твердо уверен, что спас Россию от неминуемой гибели. После подавления мятежа Николай I усилил военно-бюрократический аппарат, централизовал административную систему, учредил политическую полицию (Третье отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии), установил жесткую цензуру. Николай I, прибыл в Москву на коронацию 21 июля 1826 года. Думы и чувства, вызываемые коронацией, как выражено в официальном описании Св. Коронования Императрицы Елизаветы Петровны (1744), «рождаются из прошедшего и сказываются в настоящем», а потому необходимо представить то внутреннее государственное наследство, которое получил новый Император, и при этом вспомнить ту мудрость, с которой он отнесся к этому наследству, чтобы лучше постигнуть и смысл, и дух, и силу всенародного общественного впечатления от его коронации. Славу Екатерининского царствования создали орлы гнезда Петрова, который, по словам А.С. Пушкина:
Не презирал страны родной,
Он знал ее предназначение.

Его школа была крепко связана со своим отечеством, с его вековой историей, с его православным духом. При Александре I на сцену русской истории явилось поколение иной школы и иного закала; деятели этой эпохи, пропитанные духом вольтерьянства, утратили не только историческую самодержавную идею, создавшую необъятное великое царство, но даже понятие и о самих себе, как русских людях. Революционный дух в конце этого царствования широко разлился в высших классах и организовался в тайные общества, направленные к низвержению исторического государственного порядка. Накануне торжественного дня коронования Его Императорского Величества по всей Москве отправлено было пополудни в четыре часа молебствие со звоном, а вечером состоялось всенощное бдение: Их Императорские Величества с Высочайшей Фамилией изволили слушать оное у Спаса за Золотой решеткой. В самый день Коронования, в который сделан был с площади и бастионов сигнал из 21 пушки, начался благовест в половине восьмого утра в большой колокол, потом в другие поменьше перебором, как обыкновенно бывает для крестного хода. В это время члены Синода и преосвященные Архиереи с прочим Духовенством, собравшись в Соборную Великую Церковь, отправили молебен о здравии Его Императорского Величества. Итак, 22 августа 1826 года в Успенском соборе Московского Кремля состоялась коронация Императора Николая I и его супруги императрицы Александры Федоровны. При торжественном выходе императорской четы пред вратами Успенского Собора, московский архиепископ Филарет приветствовал Государя словами, разъяснявшими глубокий смысл церковно-государственного торжества. «Наконец, ожидание России совершается!» — говорил он с придыханием. Эти короткие слова растрогали Императора до глубины души, и на ресницах Его показались слезы. Во время самого коронования, приступая к чтению царской молитвы о ниспослании свыше мудрости для достойного прохождения своего высокого служения России, он, в порфире, окруженный всем блеском земной славы и величия, повергся на колени и прочел молитву, без книги, наизусть, с глубоким чувством, громко и внятно. Затем всю литургию слушал в благоговейном смирении перед величием Царя царствующих, ни разу не надевая на себя своей короны, как знака земного величия. По миропомазании и приобщения святых тайн Новгородским митрополитом Серафимом, Ему преподнесен был для целования тот самый крест, который был на Государе Петре Великом в день славной Полтавской битвы. Традиционный для русских царей ритуал «венчания на царство» сопровождался чином миропомазания, «в котором сообщалась благодать Святого Духа для укрепления ответственности монархов в выполнении ими высшего служения на земле». «Войди, Богоизбранный и Богом унаследованный Государь Император! Знамениями величества облеки свойства истинного величества. Помазание от Святого да запечатлеет все сие освящением внутренним и очевидным, долгоденственным и вечным!» Николай стал 11-м Императором Всероссийским. Особый церковный ритуал коронования монарха и пышные коронационные торжества, традиционно проходившие в Москве, запечатлели лучшие художники разных стран. В 1828 году в Париже в известной литографической мастерской Дидо был выпущен альбом с видами наиболее занимательных церемоний коронации российского монарха. Альбом был составлен Генри Графом, оформлен искусными парижскими художниками М.М.Л. Куртэном и В. Адамом. После выпуска альбом Императора Николая I был торжественно подарен монархам Германии, Франции и Англии, присутствовавшим на церемонии коронации. По воспоминаниям очевидцев можно судить о том, каким необыкновенным торжеством был обряд венчания на царство и какой подъем духа вызывал в каждом: «Император после своего Священного Коронования проследовал из Успенского собора, обойдя соборы Архангельский и Благовещенский, к Красному крыльцу. Взошедши на верхнюю ступень крыльца и поклонившись на все три стороны, Государь обратился лицом к необозримой массе народа, наполнявшей весь Кремль, и троекратным наклонением головы приветствовал своих верноподданных. Восторг народа в эту минуту положительно не знал границ; толпа шумно волновалась; незнакомые между собою люди обнимались и многие плакали от избытка радости... Этот акт напоминал собой обычай греческих (византийских) императоров после коронования с возвышенного места являться перед лицом народа. Коронационные медали, которые раздавались перед торжественным обедом в Грановитой палате. Существенно отличались от медалей XVIII века. С одной стороны значилось профильное изображение Императора Николая Павловича, а с другой — эмблема Закона, с надписью: «Залог блаженства всех и каждого». Присутствие на коронации Великого Князя Константина Павловича, по словам даже иностранца герцога Рагузского, имело огромное значение в Москве. Отказ Цесаревича от престола, хранившийся в тайне, был причиной многих недоразумений. Теперь же особенно трогательна и вразумительна была минута, когда приветствуя своего нововенчанного брата, Константин Павлович хотел поцеловать его руку, но тот отклонил ее и любовно облобызал его. Вечером в День Священной Коронации (да и последующие два дня) вся Москва была великолепно освещена. Иллюминация своим величественным блеском поражала не только русских, но и иностранцев. Все башни Кремля горели ярким пламенем; зубцы стен были обвиты огненными полосами и казались унизанными бриллиантами. Колокольня Ивана Великого, освещенная разноцветными огнями и осененная короной и Крестом, возвышалась к небу гигантским пламенным столбом… Бесконечное море огней, разлитое по Москве, представляло нечто волшебное. Некоторые из иностранцев ездили даже на Воробьевы горы, чтобы оттуда любоваться этой интересной картиной. Милостивым манифестом при коронации были прощены преступники, осужденные при прежних царствованиях, и отчасти смягчена участь некоторых из декабристов; прощены недоимки и пени, сделаны облегчения в платежах по ссудам из казны; уменьшен гербовый сбор с паспортов и прощены оштрафованные офицеры и чиновники. Вместе с тем был обнародаван манифест о порядке престонаследия на случай кончины Императора до совершеннолетия Наследника Цесаревича. Коронация эта соединялась с торжествами военными; так 15 и 16 августа происходили большие маневры, а 3 сентября был дан смотр войскам и затем военный обед в Манеже, организованный Московским купечеством. Балы, спектакли, праздничные обеды и ужины следовали один за другим. Особенно удались балы князя Н.Б. Юсупова и графини Орловой-Чесменской. Народный праздник происходил на Девичьем поле, где в самой середине возвышался нарядный павильон для Царской фамилии, а от него простирались четыре галереи на красивых колоннах для особ первых трех классов и дипкорпуса, и затем еще три галереи — для высших военных чинов. Места для зрителей устроены были антрепренерами на 5 тысяч человек. Для народа раскинуто было 250 столов длиной в 10 аршин каждый. Вместо жаренных быков теперь на столах появились жаренные бараны, также с позолоченными рогами на огромных блюдах, покрытых красной камкой; между ними красовались громадные горшки с розами из кондитерского крема. Кроме березок, раскинутых по всему полю, с висевшими на них яблоками, каждый стол убран был молодыми дубками — также с фруктами на ветвях лучшего качества. Громадные корзины, окрашенные в самые яркие цвета, вмещали в себя горы калачей. Кроме водки и пива, целыми ведрами расставленные по столам, организовали два громадных фонтана и 16 небольших, по которым струились белые и красные вина. Праздник удался как нельзя лучше. Прекрасная погода, веселость Императорской четы, полная раскрепощенность присутствовавших гостей, народные игры и забавы много содействовали незабываемому впечатлению от этого праздника. Верховный церемонимейстер граф Потоцкий составил следующее расписание дней празднеств в Москве по случаю коронования:
1-й день. Августа 22. Коронование.
2-й день. Августа 23. Обеденный стол для Духовенства и первых двух классов обоего пола особ.
3-й день. Августа 24. Представление I-е утром: Синод, Совет, Сенат и чужестранные министры. Вечером: Дамы в 7 часов.
4-й день. Августа 25. Отдых.
5-й день. Августа 26. Представление II-е. Военные. Придворные. Чины первых четырех классов. Предводители Губернского дворянства. Головы купечества губернских городов и особы, имеющие приезд ко Двору.
6-й день. Августа 27. По утру представление у Ее Величества Государыни Императрицы Марии Феодоровны. Вечером бал в Грановитой Палате.
7-й день. Августа 28 — 10-й день. Августа 31. Отдых.
11-й день. Сентября 1. Маскерад в театре.
12-й день. Сентября 2. Отдых.
13-й день. Сентября 3. Обед от купечества.
14-й день. Сентября 4 — 15-й день. Сентября 5. Отдых.
16-й день. Сентября 6. Бал в Благородном Собрании от Дворянства.
17-й день. Сентября 7. Отдых.
18-й день. Сентября 8. Бал у Герцога Рагузского.
19-й день. Сентября 9. Отдых.
20-й день. Сентября 10. Бал у Герцога Девонширского.
21-й день. Сентября 11. Отдых.
22-день. Сентября 12. Бал у князя Юсупова
23-й день. Сентября 13. Столы и увеселение для народа.
24-й день. Сентября 14 — 25-й день. Сентября 15. Отдых.
26-й день. Сентября 16. Бал у графини Орловой-Чесменской.
27-день. Сентября 17. Фейерверк.
Это по плану. Но на самом деле 23 сентября 1826 года блестящие празднества, почти беспрерывно следовавшие за Коронацией, завершились великолепным фейерверком. Кроме картин, поражавших искусством пиротехники, были и такие, которые указывали на внутренний исторический смысл коронации. Так, например, после извержения марсова огня, пробежавшего в виде метеора вдоль всей декорации, глазам зрителя представились «Триумфальные ворота» с надписью: «Успокоителю Отечества Николаю Первому». В Троице — Сергиевой лавре, куда, по обычаю предков, отправился коронованный Государь со всей августейшей фамилией, Николай I провел 2 дня: прикладывался к мощам преподобного Сергия, слушал литургию, обозревал богатую ризницу и сокровищницу, другие достопамятности, посетил Духовную Академию, обедал у архиепископа Филарета, который, между прочим, показал Государю собственноручное письмо покойного отца его, Императора Павла I, коим извещал он своего наставника Платона о великой своей радости — рождении сына Николая. Государь, с умилением прочитав это письмо, поцеловал его и показал Императрице Марии Феодоровне, которая долго держала его в своих руках со слезами радости.
Из «Русской Старины». По внезапной кончине в г. Таганроге на 48-м году от рождения Государя Императора Александра I Павловича «Благословенного», свершившейся 19 ноября (2 декабря) 1825 года и возникшего после столь печального события затруднения в вопросе о престолонаследии, 27 ноября (10 декабря) 1825 года состоялось принятие государственными служащими и военными присяги наследнику Цесаревичу и Великому Князю Константину Павловичу (1779-1825). Однако еще 14 (27) января 1822 года Наследник и Цесаревич Константин Павлович, будучи с 20 марта (2 апреля) 1820 года разведенным и вступившем 12 (25) мая 1820 года в морганатическом брак с католичкой Иоанной Антоновной Грудзинской (1795-1831), Княгиней Лович, написал письмо к старшему Августейшему брату и Императору Александру I Павловичу «Благословенному» с прошением об отречении от престола Всероссийского. Император по канонам церковным и Закону о престолонаследии принял отречение младшего Августейшего брата своего и 16 (29) августа 1823 года подписал Высочайший Манифест, в котором, принимая отречение Великого Князя Константина Павловича, назначил Наследником Всероссийского престола следующего за ним Августейшего младшего брата своего, Великого Князя Николая Павловича (1796-1855). Дабы не вызывать в русском обществе прежде времени волнения, Государь запечатал Манифест в специальный конверт и сдал его хранение Архиепискому Московскому и Коломенскому Филарету (Дроздову) (1783-1867), будущему Митрополиту Московскому и Андреевскому кавалеру, с Высочайшим указанием немедленно вскрыть его после кончины Императора, когда на то будет воля Божия. Запечатанные копии Высочайшего Манифеста хранились в Государственном Совете, Сенате и Синоде. По кончине Императора Александра I Павловича «Благословенного» возник краткий период междуцарствия, поскольку Наследник и Цесаревич Николай Павлович дважды просил Великого Князя Константина Павловича прибыть в Санкт-Петербург и подтвердить свое отречение. Возникшим недоразумением воспользовались извечные враги Церкви Христовой и Самодержавной Монархии масоны, которые в лице части дворянства и офицерства, подвигли на государственное преступление своих подчиненных солдат и те 14 (27) декабря 1825 года выступили против Бога, Царя и Отечества известным бунтом на Сенатской площади, вызвавшем кровопролитие. 29 декабря 1825 года (11 января 1826 года) восстал Черниговский полк, вскоре принужденный ответными решительными действиями Императора к повиновению.10 (23) июня 1826 года Государь издает Новый устав о цензуре.Третьего (16) июля 1826 года Государь высочайше учреждает III отделение Собственной Его Императорского Величества канцелярии. 13 (26) июля 1826 года свершается заслуженная казнь главных заговорщиков, прозванных в истории «декабристами», которые под вымышленными благими намерениями открыто выступили организаторами кровавого бунта против Церкви, Царя и Отечества. Бесчестной смертью через повешение завершили свой земной путь, упав в бездну ада П.И. Пестель, С.И. Муравьев-Апостол, М.П. Бестужев-Рюмин, П.Г. Каховский и К.Ф. Рылеев. Помимо этого, 68 человек были лишены чинов, званий и состояний и сосланы были на каторгу в Сибирь, 19 человек отправлены в Сибирь на поселение, 9 офицеров разжалованы в солдаты и около 200 солдат подвергнуты были телесным наказаниям. Все вышеназванные обстоятельства стали причиною отсрочки Священного Таинства Венчания на Царство Русское и Коронование Императора Николая I Павловича более чем на три месяца, после полугодового траура по почившему Императору Александру I Павловичу «Благословенному». А потому вместо 20 мая (2 июня) 1826 года, торжественное, радостное и долгожданное событие состоялось только 22 августа (4 сентября) 1826 года, в светлый День почитания чудотворной «Грузинской» иконы Божией Матери. Новым скорбным поводом для отложения Торжества Венчания на Царство стала преждевременная кончина четвертого (17) мая 1826 года на 48-м году от рождения в г. Белеве Тульской губернии Вдовствующей Государыни Императрицы Елизаветы Алексеевны (1779-1826), Венценосной супруги почившего Императора Александра I Павловича «Благословенного». В Российской Империи тотчас объявлен был трехмесячный траур по почившей Государыне, что также стало причиной отложения торжества Венчания на Царство. Государь Император Николай I Павлович вместе с двумя Императрицами: Венценосной матушкой своей, Вдовствующей Государыней Марией I Феодоровной (1759-1828) и с Венценосной супругою своею Государыней Императрицей Александрой I Феодоровной (1798-1860), прибыл 21-го июля (3 августа) в Москву и остановился в Петровском Дворце, где встречен был придворным духовенством в облачении с Крестом и Святою водою. 25-го июля (7 августа) происходил торжественный въезд Государя и двух Императриц в Москву. При вступлении Государя в Успенский собор Московского Кремля произведено было 85 выстрелов. Эта минута вышла, по словам одного из очевидцев, чрезвычайно торжественною. Необозримые волны народной толпы колыхались и запружали все площади и улицы Кремля. На высоких амфитеатрах, выстроенных против Грановитой палаты и Успенского собора, пестрели разнообразные и изящные туалеты дам, русские и иностранные военные и гражданские мундиры и народные костюмы. Радостные крики ура слились в один оглушительный гул с пушечными выстрелами, колокольным звоном со всех кремлевских соборов и церквей, грохотом барабанов и звуками нескольких хоров военной музыки. Коронация совершилась 22-го августа по обыкновенному и известному уже церковному чину. В Священослужении первенствовал Митрополит Санкт-Петербургский и Новгородский Серафим (Глаголевский) (1763-1843), вторым по нем состоял Митрополит Киевский и Галицкий Евгений (Болховитинов) (1763-1837). Оба — Андреевские кавалеры. Как проповедник, говоривший речь при Короновании, по предварительному назначению Самого Государя, выделялся Филарет (Дроздов), тогда еще молодой Архиепископ Московский. 22-го августа 4 сентября) 1826 года Николай I короновался на Царство с Августейшей супругой своей Императрицей Александрой I Феодоровной. В Успенском соборе Московского Кремля Император восседал на алмазном троне Царя Алексия I Михайловича (1629-1676), Императрица же на золотом троне Царя Михаила I Феодоровича (1596-1645). Священное Миропомазание совершалось из крабийцы Римского Цезаря Августа, и Государь целовал Крест, бывшем на первом Императоре Всероссийском Петре I Алексеевиче (1672-1725) во время знаменитой Полтавской битвы 1709 года и, по уверениям очевидцев, защитивший его от шведской пули. При Священной Коронации присутствовал также старший Августейший брат Императора Николая I Павловича, Великий Князь Константин Павлович, отрекшийся от престола Всероссийского в пользу Венчавшегося на Царство Государя. Когда Великий Князь Константин, поздравляя Царя, хотел поцеловать у Него руку, то Император со слезами на глазах обнял Августейшего брата и троекратно облобызал его. В Священном чине Коронования Императора Николая I Павловича можно отметить разве самые незначительные особенности. Так, например, при возложении Императором Короны на Императрицу Он поцеловал свою Венчанную супругу. Присутствовавшая при обряде Вдовствующая Императрица, непосредственно после Коронования, подошла к своему Коронованному Августейшему сыну, обняла и поцеловала Его. Следует упомянуть как об особенности Коронования Императора Николая I Павловича о том, что Он при своем Короновании читал известную умилительную молитву не по книге, где напечатан весь чин Коронования; для Него молитва предварительно напечатана была крупнейшим шрифтом на толстом листе бумаги, который потом переплетен был в виде книжки и обложен в светло-зеленый бархат. Едва ли не единственный, бывший в употреблении при Коронации, экземпляр этой особо изданной Императорской молитвы хранится в Санкт-Петербурге, в Императорской публичной библиотеке. По рассказам очевидцев, Император Николай I Павлович возбудил особенный восторг народа следующим своим, в сущности обыкновенным поступком. Император, после Своего Коронования, проследовал, под великолепным балдахином и облеченный во все Императорские регалии, из Успенского собора в Благовещенский собор Кремля, а отсюда к Красному крыльцу. Взошедши на верхнюю ступень крыльца, Государь обратился лицом к необозримой массе народа, наполнявшей весь Московский Кремль, и троекратным наклонением головы приветствовал своих верноподданных. Восторг народа в эту минуту положительно не знал границ; громкие неумолкаемые крики огласили воздух; толпа шумно волновалась; незнакомые между собою люди обнимались и многие плакали от избытка радости! Вечером в Светлый День Коронации вся Москва была великолепно освещена, в особенности величественный Московский Кремль. Все оригинальные башни его горели ярким пламенем; зубцы стен были обвиты огненными полосами, а по оградам его широкие узорчатые каймы сверкали замечательным блеском. Колокольня Ивана Великого, освещенная разноцветными огнями снизу до верха и осененная Короной и Крестом, возвышалась к небу гигантским пламенным столбом. Иллюминация повторена была и в следующие два дня после Коронации. Вечером 27-го августа (9 сентября) 1826 года дан был бал в Грановитой палате Московского Кремля, на котором присутствовали первые чины Двора и иностранные послы. Первого (14) сентября 1826 года в Большом театре устроен был придворный маскарад. Третьего (16) сентября Московское купечество давало бал Государю. Точно также в честь Императора даны были роскошные балы французским и английским послами. Наконец, 16 (29) сентября 1826 года дан был народный праздник. Местом для народного угощения и увеселений было избрано обширное Девичье поле, окаймленное живописными Воробьевыми горами и возведен круглый, роскошно убранный, павильон для Императорской Фамилии со стеклами и камином. В некотором расстоянии от него были устроены: четыре галереи с колоннами для особ первых трех классов и дипломатического корпуса; три галереи для военных штаб и обер-офицеров, четыре частные галереи для пяти тысяч человек, манеж, два большие фонтана с вином, две катальные горы, балаган для акробатов, балаган для гимнастических игр, несколько павильонов для хоров музыкантов, карусель, разные качели, эстрада для пускания трех воздушных шаров и, наконец, 240 столов, длинною в десять саженей каждый, покрытых скатертями и красиво убранных, унизанных яблоками, березками и разноцветными корзинками с калачами. На каждый стол поставлены были окорока, жаренные птицы, студни, кондитерское пирожное в виде горшков с розами, целые жаренные бараны с золоченными рогами, уложенные на блюдах, покрытых красною камкой; ведра с пивом и водкой; дубчики со сливами, грушами и яблоками. Император сам открыл народный праздник, прибыв на Девичье поле в первом часу. Здесь Он пробыл около полутора часа. Как только Государь с обеими Императрицами вышел в павильон, взвился белый флаг и праздник начался. По рассказам очевидцев, народ, подобно морским волнам, гонимым ветром, хлынул к столам, на которых в одно мгновение не осталось ничего из поставленных на них яств. От столов народные толпы бросились к фонтанам, бившим белою и красною влагою. Фонтаны скоро скрылись под облепившим их народом и один за другим разрушались. Упавши в развалины, вытесняя один другого, иные черпали вино шляпами. Весельчаки гуляли по полю, таща с собою кто курицу, кто ногу барана, а кто ножку стола. По отъезде Императора, подгулявший народ набросился на ложи зрителей и начал обдирать красный холст. Число участвовавшего народа простиралось до двухсот тысяч человек. Вообще, народный праздник на Девичьем поле, при прекрасной обстановке самого места и особенно при прекрасной погоде удался вполне и представлял собою единственное в своем роде зрелище. Ряд балов, данных в Москве по случаю Коронации, заключился балом, устроенным Графинею Анной Алексеевной Орловой-Чесменскою (1758-1848), который своим великолепием и грандиозностью превзошел все прочие балы. 23-го сентября (6 октября) 1826 года блестящие празднества, почти беспрерывно следовавшие за Коронацией, заключились великолепным фейерверком. День Своего Коронования Император Николай I Павлович, по примеру Своих Августейших предшественников, ознаменовал многими милостями. Кроме того, что в этот День последовали разные повышения в чинах и назначениях, имеющие более или менее частный, ограниченный известным незначительным кругом людей, характер, в это время дарованы были разные льготы и для массы народа. В день своей коронации Николай I Павлович в Своих милостях коснулся всех сословий и слоев российского общества. Двумя Своими Указами Император несколько смягчил наказания государственным преступникам, осужденным приговорами Верховного уголовного суда в каторжную работу и к ссылке на поселение, или сосланным по приговору того же самого суда в крепостную работу и в отдаленные гарнизоны. Благодаря этим Высочайшим Манифестам, многие из «декабристов» получили смягчение в наложенных на них наказаниях. В День Своего Коронования Император Николай I Павлович издал Высочайший Манифест о порядке наследия Всероссийского престола, на случай Своей кончины до законного совершеннолетия Августейшего наследника, Цесаревича и Великого Князя Александра Николаевича (1818-1881), которому в ту пору шел девятый год от рождения. Тогда же Государь Император Высочайше учредил особое Министерство Двора и уделов, первым Министром которого назначен был Князь и Андреевский кавалер Петр Михайлович Волконский (1776-1852), ставший также заведующим Императорским кабинетом. Эти должности с 1834 года Светлейший Князь Волконский занимал до самой своей кончины. С незначительными сокращениями печатается по журналу «Русская старина», Санкт-Петербург , 1883, Т. 37, №3 (март).

Назад

Листая старые книги

Русские азбуки в картинках
Русские азбуки в картинках

Для просмотра и чтения книги нажмите на ее изображение, а затем на прямоугольник слева внизу. Также можно плавно перелистывать страницу, удерживая её левой кнопкой мышки.

Русские изящные издания
Русские изящные издания

Ваш прогноз

Ситуация на рынке антикварных книг?