Баннер

Сейчас на сайте

Сейчас 401 гостей онлайн

Ваше мнение

Самая дорогая книга России?
 

1918. Василий Каменский. ЖЕЛЕЗОБЕТОННЫЕ ПОЭМЫ; А. Крученых. СТИХИ; Кирилл Зданевич, РИСУНКИ-КАРТИНЫ; А. Крученых. НАКЛЕЙКИ.

Тифлис, 1917. 13 л., 2 литографии В. Каменского, 4 литографии с цветными наклейками К. Зданевича, 7 коллажей А. Крученых. Цена 25 рублей. 26,5х34 см. В создании книги приняли участие Василий Каменский, Кирилл Зданевич и Алексей Крученых, снабдивший ее не только своими стихами, но и оригинальными коллажами. На обложке красуется надпись «1918», хотя сама книга вышла в 1917 году и больше известна под названием «Железобетонные поэмы» Вас. Каменского. Как и многие книги футуристов, она стала экспериментальной площадкой для их начинаний. Здесь К. Зданевич сумел нарисовать поэмы В. Каменского, исполнив их в технике литографий в большой лист, украсив небольшими элементами цветной бумаги. 7 листов-коллажей А. Крученых стали классикой своего жанра. Книгу «1918» планировалось выпустить коммерческим тиражом, но, как часто бывает, средств на это не нашлось, и было изготовлено лишь несколько авторских экземпляров. Экстремальная редкость!

Обложка по макету А. Крученых:

Библиографические источники:

1. Хачатуров С. Искусство книги в России 1910-1930 годов. М., 2004, с. 61.

2. The Russian avant-garde book/1910-1934 (Judith Rothschild foundation, №165-168), р. 107-110;

3. Ковтун Е.Ф. Русская футуристическая книга. М., 1989, ил. 18/1-18/7.


А.Е. Крученых. Страница "1918". Коллаж.


А.Е. Крученых. Страница "1918". Коллаж.


А.Е. Крученых. Страница "1918". Коллаж.


Алексей Елисеевич  Крученых (1986-1968) был инициатором уникальных полиграфических экспериментов и оставил после себя внушительное наследие самописных книг с коллажами, многие из которых стали отличным дополнением российских и мировых музейных и частных собраний. Он был одним из авторов нашумевшего литературного манифеста "Пощечина общественного вкуса" и единственным поэтом в истории, который все свои книги издал сам (более 250). Крученых произвел в литературе такую же революцию, как Малевич в живописи.

А.Е. Крученых. Страница "1918". Коллаж.

А.Е. Крученых. Страница "1918". Коллаж.

А.Е. Крученых. Страница "1918". Коллаж.

Техника коллажа представляет собой особый прием в искусстве, выполняющийся при помощи наклеивания на основу разных материалов, создающих фактуру. Появление в искусстве коллажа и процесс его осмысления связан с началом двадцатого столетия. В это время молодые художники перестали довольствоваться традиционными видами творчества. Чтобы уйти от штампа и однообразия они стали искать новые материалы и виды работы. В искусстве первыми применили коллаж приверженцы футуристических традиций, использовавшие его в сочетании с живописью. Русские мастера-футуристы оказались первыми, кто превратил коллаж в самостоятельный прием оформления книг. В Европе старинные книги и альбомы, оформленные при помощи коллажа, появились гораздо позже. Богатый опыт «производства» коллажных самописных книг Алексей Крученых приобрел, сотрудничая с Ольгой Розановой. В 1916 году выходят их книги – шедевры: «Заумная гнига», «Война» и «Вселенская война. Ъ. Цветная клей».

А.Е. Крученых. Страница "1918". Коллаж.

Василий Васильевич Каменский (1884 — 1961) — русский поэт-футурист, один из первых русских авиаторов; ввел в обиход слово «самолет». Каменский родился в семье Василия Филипповича Каменского, смотрителя золотых приисков графа Шувалова. Он появился на свет в каюте одного из ходивших по Каме пароходов, капитаном которого был его дед по матери — Евстолии Гаврииловны — Гавриил Серебренников. Василий почти не помнил своих родителей, умерших когда ему еще не было и пяти лет. Воспитывался мальчик у сестры матери. Он посещал приходскую школу, а затем городское двухклассное училище. В одиннадцать лет Каменский начал писать стихи. По семейным обстоятельствам Василию пришлось оставить учебу. Он устроился на работу в бухгалтерию Пермской железной дороги. В 1902 г. на гастроли в Пермь приехала театральная группа В. Никулина. Каменский, очарованный театром, решил попробовать себя в качестве актера. Несмотря на все уговоры родных и друзей, он бросил службу и поступил в труппу, взяв псевдоним «Васильковский». Актерский путь привел Каменского в Николаев, в труппу В. Мейерхольда. Однажды Василий, сочтя, что поэтический монолог в одной из его ролей никуда не годится, написал стихи, которые прочитал на репетиции. После этого Мейерхольд посоветовал ему бросить театр и посвятить себя литературе. Последовав его совету, Каменский уехал на родину. Он снова устроился работать на железную дорогу. Каменский сблизился с марксистами и в 1905 г., когда началась забастовка железнодорожников, был избран в стачечный комитет, а затем в декабре этого же года отправлен в тюрьму неподалеку от Нижней Туры.

В.В. Каменский. Страница из "железобетонной поэмы" "Солнце".

Выйдя на свободу в мае 1906 г., Василий снова пустился в странствие: из Перми — в Севастополь, оттуда — в Персию, а затем в Петербург. Оказавшись в столице, он экстерном сдал экзамены на аттестат зрелости и поступил на высшие сельскохозяйственные курсы. На курсах Василий начал заниматься живописью и уже через несколько лет принимал участие в выставках. В 1909 г., например, на выставке «Импрессионисты» была представлена его картина «Березы», написанная в технике пуантилизма. Тем не менее профессиональным художником Каменский не стал. В литературные круги Каменский вошел благодаря известному журналисту Н. Шибуеву, который в 1908 г. задумал создать литературный альманах «Весна», где публиковались бы произведения начинающих авторов. Осенью 1908 г. Каменский стал соредактором журнала «Весна», в котором печатались Л. Рейснер, Н. Асеев, Игорь Северянин, А. Аверченко и многие другие. Работая в журнале, молодой поэт познакомился со многими маститыми литераторами — А. Блоком, А. Ремизовым, Ф. Сологубом, А. Куприным. Велимир Хлебников своей первой публикацией был обязан Каменскому. В марте 1910 г. был издан поэтический сборник «Садок судей», где наряду с произведениями Давида и Николая Бурлюков, Елены Гуро и Велимира Хлебникова были опубликованы стихи Каменского, написанные летом 1909 г. В 1911 г. Каменский решил, что должен стать летчиком. Подружившись с известным авиатором Владимиром Лебедевым, Василий с его помощью приобрел аэроплан «блерио». А пока самолет доставляли в Россию, поэт побывал в Берлине, Вене, Париже и Риме. Сдав в Варшаве экзамен на звание пилота, он совершал в различных городах показательные полеты. 29 мая 1912 г. в польском городе Ченстохове на глазах у многочисленных зрителей самолет упал в болото. Газеты сообщили о гибели талантливого поэта и бесстрашного летчика. Но Каменский выжил, хотя и получил многочисленные тяжелые травмы. Но аэроплан восстановлению не подлежал. Василий снова, в который уже раз, сменил род деятельности: приобрел под Пермью участок земли и основал хутор Каменку, попробовав себя в качестве архитектора и строителя. Кроме того, он сконструировал аэроход — род глиссера, способный передвигаться по воде и по снегу. Летом 1913 г. строительство в Каменке было завершено, а осенью поэт отправился в Москву, где состоялось его знакомство с Маяковским, следствием которого явилось турне футуристов по России. В 1914 г. он стал редактором «Первого журнала русских футуристов», который издавал Давид Бурлюк;  тогда же вышел поэтический сборник Каменского «Танго с коровами», в следующем году — поэма «Стенька Разин». В 1918 году вышли его краткие мемуары:  «Я — сотворил шестую книгу — Его-Моя биография Великого Футуриста. Гениальность этой книги — не только в ее сущности и неожиданности, а в том — что книгой — биографией я, хочу спасти временно Книгу, как официальную форму творческого сообщенья с Вами, хочу показать Живой Смысл напечатанного Слова, хочу убедить Вас по иному взглянуть на книгу и даже невзглянуть, а остро пронзиться счастливыми лучами восходящего Чуда: Книга перестала быть мертвой, Книга встрепенулась, засветилась, зажглась. Книга поет, зовет, волнует, Книга шелестит крыльями своих страниц, образуя вихрь мыслей, слов, идей, возможностей. Книга — Живая Истина с бьющимся сердцем». В книге упоминается поездка на Кавказ в 1916 году. За это время Поэт побывал на Эльбрусе (верхом), Бештау, Бермамыте, Машуке, Джинале, Нарзанной Долине, на Казбеке — по военно-грузинской дороге. Был на местедуэли Лермонтова — любимца Поэта в юношестве. Он написал о Нем стих, напечатанный тогда же у Петросяна в Кавказком Крае, где впрочем были также напечатаны: Кисловодск, Есентуки, Железноводская лань.

В Железноводском парке

Я встретил девушку

Мечту грустинницу

Мечту венчаль

поэмах — ласках переливницу

прикосновениях звучаль.

(Девушки босиком.)

В конце августа Поэт, опьяненный не меньше Кахетинским, чем девушками, оставил Кисловодск. Его несовсем трезвое состоянье облегчило отъезд. На автомобиле от Владикавказа Он поехал по военно-грузинской дороге — вдоль шумного Терека — Дарьяльским ущельем — через Крестовый перевал — долиной Ярагвы — до аранжерейного Тифлиса. Тифлисе Поэт поселился зимовать. Я снял уютную комнату на Кипиановской, 8 в грузинской милой семье Кучихидзе, где Он немного научился грузинскому языку.

Салами артивепс

Салами футуризм.

Ряд гастролей в Тифлисе и вокруг: Баку, Кутаис, Батум (контракт) дали Поэту здесь горячее кавказское шумное вниманье. Газета «Кавказское слово» — по случаю приезда Поэта напечатало Его стихотворенье — Тифлис и ряд статей, посвященных Его выступленьям. Такое же сердечное вниманье оказали Ему: Оризон, Сахалхо-Пурцели, Закавказская Речь, Тифлиский Листок и другие многие газеты столицы. Конечно, много и острили — особенно популярный А. И. Канчелли, Н. Захарова, Букштейн, Н. Дундарова. Критик Я. Камский в «Закавказской Речи» чутко, культурно, тонко писал о Нем фельетоны. Согретый исключительным вниманьем Поэт решил напечатать здесь книгу стихов — «Девушки Босиком», матерьял для которой имелся в изобилии. В то время в цирке Ефимова — выступал чемпионат лучших мировых борцов, среди богатырей был знаменитый борец и авиатор Иван Заикин: еще будучи студентом Поэт был его горячим поклонником в Петрограде. Встреча двух чемпионов Тела и Духа — Ивана Заикина и Василья Каменского состоялась в духане за кахетинским с лезгинкой. Вскоре они близко — два бурлака Волги да Камы — подружились и почти не раставались. Поэт постоянно ходил в цирк и хорошо познакомился с товарищами Заикина: Иваном Поддубным, Алексеем Кельцовым (арбитр и талантливый яркий парень), Клеменсом Булем, Вахтуровым, Святогором, негром Ципсом, Яковом Лешим, Манькой со всеми артистами цирка, среди которых остро выделялся замечательный клоун — гимнаст Донато — всеобщий любимец. Поэт чаще и чаще стал вспоминать Свою рыцарскую клятву в детстве — во что бы то нистало послужить в цирке артистом. Для пробы Поэт в день бенефиса друга Заикина неожиданно для всех появился на арене перед публикой в кругу чемпионата с хартией — Он сказал приветную речь бенефицианту Заикину и прочитал ему Свое стихотворенье — экспромт.

Ты весь рассейский парень ясный

Своим могуществом ты пьян

Своей стихийностью прекрасный

Как Стенька Разин атаман.

(«Девушки босиком»)

Заикин во истину обладает изумительной интуитивной стихийностью — в его размахе чувствуется волжское раздолье бурлака — мудреца — поэта. Искренность, внутренняя талантливость, сердечность Заикина очаровали Поэта — впервые встретившего в жизни феномена Интуиции, которая дает Заикину чудесную духовную широту и яркую образность. И дружбу с Поэтом (известно также, что Заикин давний друг Куприна) — Он сказал:

— Заикин — слон с душой поющей девушки.

Неожиданно в Тифлис приехал А. Куприн прочитать лекцию — Судьба Русской Литературы. А. Куприн, Василий Каменский и Заикин дружно слились в Кахетинский триумвират и духаны расцвели и закружились в виноградных возможностях.

— Ай шени-чериме.

Осенний сезон в цирке Ефимова кончился, чемпионат во главе с Заикиным перешел в другой зимний цирк Есиковского. Директор Есиковский — вероятно по совету Заикина — сделал предложенье Василью Каменскому выступить у него в цирке рядовым гастролером: в костюме Стеньки Разина верхом на коне исполнить песни из Его романа, а перед началом сказать речь о поэзии цирка — демократизации Искусства. Мысль Поэту понравилась. Он согласился на три гастроли. Я переговорил об условьях и подписал контракт. Дебют прошел славно. Поэт много волновался и светло торжествовал: ведь Он сдержал рыцарское слово — клятву ребенка — Он выступил в цирке артистом. Его цирковые товарищи трогательно Его обступили после номера и благодарили за речь, где возносилось демократическое искусство цирка римского — до сегодняшняго цирка, где цирковые артисты славились мастерством пластики и яркой любовью к круглой арене, где Поэт пророчествовал расцвет современнаго цирка с участьем лучших сил Единого Искусства Синтеза. В Тифлисе в конце 1916 года Василий Каменский издал первую большую книгу стихов «Девушки босиком», славящую жизнь. Там же вместе с А.Е. Крученых и К.М. Зданевичем издал футуристический сборник «1918», куда вошли две его новые «железобетонные поэмы»: «Солнце» и «Тифлис». Вместе с Крученых и Терентьевым в 1917 году он организовывает в Тифлисе футуристическую группировку "41 градус". Этот период развития русской литературы известен как "тифлиский ренессанс". Именно в Тифлисе был выработан целый комплекс новых идей, которые были восприняты французскими дадаистами. В 1918 г. вышел поэтический сборник Каменского «Звучаль веснянки». Тогда же Василий попробовал себя в качестве киноактера, снявшись в фильме «Не для денег родившийся». Его кипучая натура находила выход в активной общественной деятельности: в 1918 г. он был избран в Московский совет рабочих и солдатских депутатов; выступил организатором Союза поэтов, просуществовавшего до 1929 г., и стал его первым председателем. В 1919 г. он стал работать в Высшей военной инспекции и в качестве культурного работника отправился на Южный фронт. Там он попал в плен к белогвардейцам и до взятия Крыма Красной Армией сидел в ялтинской тюрьме. Затем уехал на Кавказ, в Тифлис, где, вспомнив былое, поступил на работу бухгалтером, но вскоре вернулся в Россию. В его стихах противопоставление с идеализацией примитивных людей и чувств в противовес нервным городским интеллигентам с их утонченной психикой. Характерны в этом отношении самые названия его книг: "Землянка", "Танго с коровами", "Девушка босиком". Но народнические мотивы не складываются у Каменского в законченную мировоззренческую систему. Каменский — поэт не столько законченных воззрений, сколько ощущений. Эмоциональное отношение к вещам заменяет ему точку зрения. Жизнерадостность, беззаботность — вот основная эмоциональная расцветка большинства произведений Каменского. Этот нарочитый идеологический примитивизм на полународнической основе определяет и особенности стиля Каменского. В его поэтической работе, как и в творчестве других футуристов, довольно большое место занимает словотворчество, речевое экспериментаторство. Но в отличие от Маяковского Каменский ориентируется не столько на городской, разговорный и митинговый яз., сколько на заумь, язык детей и т. п. источники. Каменский разрабатывает не столько смысловую, сколько музыкальную сторону стиха (сближаясь в этом с символистами). Иногда работа над музыкой стиха приобретает у него самодовлеющий характер.

В.В. Каменский, К.М. Зданевич.

Страница из "железобетонной поэмы" "Тифлис"



Кирилл Михайлович Зданевич (1892-1969) 18 августа 1914, мобилизовавшись, едет на прусский фронт, где остается до ранения в руку. Вылечившись в госпитале, с мая по ноябрь 1915 года приезжает в Тифлис в отпуск по ранению. 11 октября женится на 19-летней Валерии Валишевской, сестре художника Зига Валишевского, своего близкого друга. В это время он продолжает поиски картин Н. Пиросмани, очарованный их лирическим примитивизмом, вместе с Л. Гудиашвили, А. Бажбеук-Меликовым и З. Валишевским. В ноябре 1915 опять отбывает на фронт.

Демобилизовавшись в 1917 году, Кирилл приезжает в Тифлис и принимает активное участие в деятельности футуристов вместе с своим братом Ильей, А. Крученых, И. Терентьевым, В. Каменским и другими поэтами и художниками. Так постепенно возникает группа «41°». В культурном оазисе, который представлял из себя Тифлис в 1917-20 гг., существовало множество русскоязычных литературных группировок - два "Цеха поэтов", "Синдикат футуристов", "41°", "Альфа-лира", "Академия стиха" и др. Часто лидерами их становились приехавшие из Петрограда поэты, которые играли незначительную роль в столичных литературных группировках. Так, например, мало кому известные Т. Вечорка и Ю. Деген стали возглавлять в Тифлисе группы "Альфа-лира" и "Цех поэтов" при художественном обществе "Кольчуга". А. Крученых, к которому критически относились многие из его коллег по кубофутуризму, стал вождем заумного футуризма в столице Грузии.

Хорошо известный в литературных кругах плодовитый поэт С. Рафалович, не считавшийся, однако, законодателем литературных вкусов, сделался таковым в Тифлисе. Получив в Грузии открытую трибуну, каждый из новых лидеров пропагандировал свои литературные вкусы, устанавливал свою иерархию литературных ценностей. Но, несмотря на жаркие дебаты, противоположные оценки известных литературных имен, как правило, не разводили спорящих во враждующим лагерям. Так, например, Ю. Деген - страстный пропагандист М. Кузмина - сотрудничал с И. Терентьевым, оформлявшим его книги, и даже готовил с ним совместную публикацию, невзирая на резкое неприятие Терентьевым его кумира.


В конце 1914 Алексей Крученых уехал на Кавказ, чтобы избежать мобилизации; летом приезжал в Москву и Петроград, готовил к изданию книги «Заумная гнига», «Война» (обе — 1916) и др. В марте 1916 был призван на военную службу чертежником на строительство военной Эрзерумской железной дороги. По пути провел около месяца в Тифлисе, где в то время обосновались представители литературного футуризма и где он стал признанным вождем футуризма, пропагандируя его вместе с В.В. Каменским и И.М. Зданевичем. Вступает в "Синдикат футуристов", позднее в группу "41°", активно работает над изданием футуристических книг, как правило, малотиражных, выполненных в уникальной смешанной технике печатной и ручной графики. В 1916–20 г.г. издал свыше 70 футуристических брошюр. В 1917–18 являлся организатором и участником футуристических групп. В 1919 работал на строительстве Черноморской железной дороги, в 1920 — на железной дороге в Баку. Заведовал отделом Бакинского РОСТА. С осени Крученых был дерзким поэтическим новатором, оригинальным критиком, одним из зачинателей русского и мирового литературного авангарда. Поэтическое искусство он рассматривал как высвобождение скрытых возможностей «самоценного» слова (его фонетической стороны, этимологии и морфологической структуры).

Собственное литературное творчество было для Крученых своеобразной иллюстрацией к теоретической программе, изложенной им во множестве статей и деклараций, наиболее подробно — в сборнике «Слово как таковое» и в статье «Новые пути слова» (коллективный сб. «Трое», СПб., [1913]). Теория футуризма разрабатывалась Крученых в книгах: «Чорт и речетворцы» (1913), «Тайные пороки академиков» (1916), «Сдвигология русского стиха» (1922), «Фактура слова», «Апокалипсис в русской литературе» (обе — 1923) и др. Крученых пытался изобрести новый поэтический язык— заумь («Декларация заумного языка», 1921), он называл себя родоначальником новой литературной школы в России — заумников. Происхождение заумного языка Крученых возводил к народным заговорам и заклинаниям, молитвам сектантов (ср. у Маяковского: "орущие, как хлысты на радении" и Крученых: "Дыр, бул, щыл"). В произведениях Крученых, написанных заумным языком, внимание поглощается звукообразом, звукописью; для них характерны смешение поэтической и прозаической речи, отсутствие знаков препинания, применение шрифтов и литер различной величины и т. п.

В сб. «Ирониада» он пытался ввести в поэзию джазовые ритмы. Крученых придавал большое значение интонированию, виртуозно читал собственные стихи. Уже в 1910-е Крученого воспринимали как заумника, «футуристического иезуита слова» (Маяковский), «буку русской поэзии». Сложность отношения к Крученых отражают высказывания о его творчестве поэтов-современников. Маяковский писал о стихах Крученых: «...аллитерация, диссонанс, целевая установка — помощь грядущим поэтам». О.Э. Мандельштам призывал «откинуть совершенно несостоятельного и невразумительного Крученых, и вовсе не потому, что он левый и крайний, а потому, что есть же на свете просто ерунда», хотя и отмечал, что, «несмотря на это, у Крученых безусловно патетическое и напряженное отношение к поэзии, что делает его интересным как личность». Подавляющее большинство своих сборников Крученых издавал на собственные средства литографическим способом, при поддержке художников Н.С. Гончаровой, М.Ф. Ларионова, К. Малевича, П.Н. Филонова, В.Е. Татлина и др. К. «рисовал» тексты своих самописных книг, поскольку придавал «значение словам по их начертательной и звуковой характеристике» (Садок судей! СПб., 1913). Сейчас все малотиражные брошюры Крученых— библиографическая редкость.

Листая старые книги

Русские азбуки в картинках
Русские азбуки в картинках

Для просмотра и чтения книги нажмите на ее изображение, а затем на прямоугольник слева внизу. Также можно плавно перелистывать страницу, удерживая её левой кнопкой мышки.

Русские изящные издания
Русские изящные издания

Ваш прогноз

Ситуация на рынке антикварных книг?